Медийная судьба «атаки века» складывалась очень неоднозначно. Не один десяток лет на ее упоминание было наложено негласное табу, вокруг нее сложился целый ряд устойчивых мифов и легенд. Но обо всем по порядку.
Начать следует с того, что правильнее говорить не об «атаке века», а о «походе века». Дело в том, что, потопив «Густлоффа», С-13 не ушла в базу, а продолжила поиск неприятеля. В ночь с 9 на 10 февраля Александру Маринеско снова улыбнулась удача: он атаковал и потопил двухторпедным залпом (в цель попала одна) войсковой транспорт «Генерал Штойбен». Подобно «Густлоффу», судно в мирной жизни было пассажирским лайнером, и подобно «Густлоффу», зимой 1945 года являлось законной военной целью. «Штойбен» был так же камуфлирован, так же имел артиллерию (из-за чего его иногда величают вспомогательным крейсером), шел в охранении двух боевых кораблей и не нес огней.
Уступая в тоннаже «Густлоффу» (14 с половиной против 25 с половиной тысяч брт водоизмещения), «Генерал Штойбен», тем не менее, уверенно входит в первую тройку самых крупных вражеских кораблей, потопленных советскими ПЛ в ходе Великой Отечественной войны (замыкает тройку транспорт «Гойя» со своими 5200 брт, потопленный лодкой Л-3 в апреле 1945 года).
Таким образом, вторая победа Маринеско увеличивала его личный счет в этом походе до 40000 брт потопленного тоннажа, и уверенно выводила на первое место в рейтинге самых результативных подводников СССР. Но почему-то советская пропаганда о потоплении «Штойбена» упоминала чаще всего вскользь и мимоходом. О причине можно только догадываться. Скорее всего, дело в том, что, в отличие от «Густлоффа», на борту которого находились немецкие военные (те самые подводники и зенитчицы),
«Генерал Штойбен» перевозил из Пиллау, ныне Балтийск, на основную территорию рейха, в Киль, почти исключительно раненых (2700 человек) и беженцев (до 1000 человек) при общем количестве 4200 человек пассажиров и команды на борту. Спасти из них немцы смогли не более 750. Очевидно, в СССР было признано нецелесообразным широко освещать потопление «Штойбена» именно по этой причине. Опять же, требовалось учитывать чувствительность этого вопроса для населения союзной ГДР.
Странности, связанные с «походом века», начинались сразу с возвращения С-13 в базу.
Тут необходимо сделать небольшое отступление и сказать пару слов о командире С-13. Сказать, что Александр Маринеско невысоко чтил Устав и дисциплину – значит, ничего не сказать. Он не вылезал из историй, связанных с «загулами» на берегу, драками, пьянками и т.д. Особенно влекли его, человека женатого и семейного, финские и шведские барышни. Если коротко, то перед выходом в «поход века» вопрос стоял о предании командира С-13 суду военного трибунала за многочисленные «художества», о чем Маринеско без обиняков предупредил его прямой начальник, командир 1-го дивизиона бригады ПЛ Балтфлота капитан первого ранга Александр Орел словами известного выражения маршала Кулика: «Тюрьма или ордена, понятно?!». Эти обстоятельства, предшествовавшие выходу С-13 в море, дают многим исследователям основания считать ее единственной «штрафной лодкой» советского флота.
По возвращении в базу из «похода века» (а он был для С-13 пятым по общему счету) Маринеско был заслуженно представлен каперангом Орлом к званию Героя Советского Союза, но, с учетом «морального облика» представляемого, врио командира бригады ПЛ капитан первого ранга Лев Курников понизил награду до ордена Красного Знамени. Бесспорно, и самому Александру Маринеско, и его экипажу, членам которого уровень наград был также соответственно снижен, этим была нанесена серьезная обида. Ведь 18 советских подводников, ставших Героями Советского Союза в ходе войны, получили эту высшую награду за меньшие достижения!
Но странности только начинались. [Продолжение читайте по ссылке ниже]