— Где ты была, малышка? В музей, наверное, ходила? — спрашивает у Василисы водитель такси по пути в аэропорт Калининграда.
— Неет, мы с мамой в заброшенных усадьбах были. А еще в пихиатрической больнице, самый красивый бордель смотрели и залезли в «дом на границе», — отвечает мой ребенок.
⠀
Судя по лицу водителя, это было самое большое удивление в его жизни. Зато в нашей — одна из самых ярких поездок.
⠀
И уж если начинать тему калининградского заброшенного, то с козырей. С психиатрической больницы Алленберг. Именно ради нее я везла коптер, и просто мечтала об этих кадрах. Как, впрочем, и Василиса. Красиво. Не отнять.
Маленький городок Велау за свою историю выстоял и в борьбе со стихией (наводнения тут редкостью не были, доходило до того, что бывали смыты все мосты, а на смену им могли приходить пожары), и в множестве войн человеческих (Польша, Пруссия, Швеция, Россия, Франция, СССР, кому он только не принадлежал)... А вот в 1852 году 59 человек из психиатрических клиник Кенингсберга нашли пристанище во вновь открывшейся здесь психиатрической больнице.
Клинику построили очень быстро, буквально за четыре года. Это был фактически город в городе: полностью автономное медицинское учреждение владело землями, на территории были дома для сотрудников, огромное подсобное хозяйство и вся необходимая инфраструктура. И хозяйство это было здесь не просто так — уже в середине 19 века здесь лечили трудом. Потом, кстати, это возьмёт на вооружение Кащенко, но гораздо позже. А Алленберг этим и отличался от многих клиник, где лечение было не всегда гуманным.
Надо ли говорить, что количество пациентов стремительно росло. В 1873 году их было уже 250, в 1900 — до 1000! Здесь даже праздники устраивали! А больные участвовали и в ансамблях, и даже в оркестрах.
⠀
Началом конца стал 1909 год... В Алленберге началась эпидемия оспы, а спустя несколько лет на едва оправившуюся больницу обрушились беды военного времени. От гриппа, туберкулеза и голода умерли многие. В 1918 году в Алленберге оставалось только 586 больных...
Продолжение 👉 тут