«Он горяч, да и я тоже. Мы, пожалуй, поссоримся»
Так император Павел I сказал об одном своем, можно сказать, косвенном родственнике - поэте Гавриле Державине.
Почему родственнике?! Вы же слышали или читали, что Гаврила Романович был женат дважды?!
Так вот его первая супруга Екатерина Яковлевна Бастидон была молочной сестрой Павла I, так как Матрена Дмитриевна Бастидон, жена камердинера Петра III, сначала была кормилицей великого князя, а потом через несколько лет у нее родилась дочь, ставшая женой Державина.
Гаврила Державин на службе прославился своей принципиальностью, неподкупностью и резкостью - не стеснялся в выражениях ни перед кем, что привело к отставке из секретарей Екатерины II. Но наиболее прекрасны его назначение и немедленная отставка при Павле, выглядящая теперь, через столько лет, откровенно комично.
Дело в том, что раздавая в 1796 году назначения, Павел сразу с маху назначил Державина «правителем Верховного совета» как
«честного, умного и дельного человека».
Вообще Верховным советом назывался совещательный орган, который по замыслу Павла должен был собираться для принятия важнейших государственных решений. Проблема заключалась в том, что Державин на тот момент занимал пост президента Коммерц-коллегии, а это очень даже высокая должность в иерархии тогдашней империи. Поэтому его очень интересовало, а чем он собственно станет заниматься на посту правителя Верховного совета.
На следующий день вышло императорское уточнение. Оказалось, что «правитель Верховного совета» означает «правитель канцелярии Верховного совета», то есть, по сути - секретарь. Для Державина это выглядело совсем не повышением, а понижением в должности, о чем он сразу же и заявил императору.
Павел Петрович был человек вспыльчивый и услышав, что Державин считает такое назначение не очень-то приемлемым, закричал:
«Поди в Сенат и сиди у меня там смирно, а не то я тебя проучу!»
На следующий день вышел новый императорский указ:
«Тайный советник Гаврила Державин, за непристойный ответ, перед нами учинённый, отсылается к прежнему его месту…»
Но вскоре Державин сочинил оду «На новый 1797 год». Грозовые тучи рассеялись, Павел отошел, потому что прекрасно знал о неподкупности и честности Державина как чиновника.
В результате потом, когда Державина назначали на все более высокие должности, Павел и сказал те самые слова, с которых я начал эту статью:
«Он горяч, да и я тоже. Мы, пожалуй, поссоримся»
И чтобы ссор не случалось, решили, что вспыльчивый Державин станет передавать доклады через услужливого перед начальством генерал-прокурора Обольянинова. Чтобы не высекать искры друг из друга император и один из его лучших чиновников нашли вот такой способ работать вместе. И сработаться.