И тут же пришла смска. «Успокойся, девочка моя. Я приду проводить тебя обязательно».
На другой день Зара поехала в кассы и сдала билеты. Вот когда уеду, тогда с дороги объяснюсь с начальством. День отгула у нее был.
«Не могу уехать. Пусть еще одна встреча. И потом». Что «потом», она не могла себе объяснить. Не могла и понять, что ее так зацепило в этом человеке. Размышляла и вспоминала. За предыдущие восемь лет встречала и покруче. Старше, с положением, и свободные. Только как- то неуютно было с ними. Молчаливость Зары мешала развиваться отношениям. Никогда ничего не выясняла. Позвал в ресторан - хорошо. Пришел в гости – конечно, я рада. Приехал из другого города - замечательно. Тот, с города Суворова, однажды сильно возмутился. Что ты, живой человек или кто?! Молчишь, смотришь куда - то в сторону. Вот, я с тобой, я для тебя, а ты будто не видишь меня. Извини, мне женщина-страсть нужна, чтоб и на кухне полыхало и в постели. А я - будто Нефертити из гробницы вытащил и за руку в свет повел.
С Юрой же молчалось тихо и спокойно. Но, интересно, инициатором разговоров все же была Зара. В перерывы, между приступами любви и страсти, она вдруг начинала говорить о сущей ерунде. Например, она глядела на оконную занавеску и вспоминала о том, как ей однажды повезло, и она купила роскошные шторы почти даром, потому что отдел штор закрывался, ликвидировался. Или что их с Юрой незатейливые обеды - перекусы, вперемешку с поцелуями, напоминали ей сюжет из какого - то, прочитанного одиноким вечером, любовного романа. Раньше, с другими, ей почему - то не хотелось делиться впечатлениями. А Юра, при этих ее рассказах, вел себя точно так же, в чем ее обвинил тот, с Суворова. Смотрел в сторону. Но ее это абсолютно не обижало. Она понимала. Он слушает. Что-то думает про себя. Или делает вид, что думает. Или слушает ее голос, не вникая в смысл. Весь вид Юры говорил о его абсолютном расслаблении. Девушка наклонялась над задумчивым Юриным лицом и умилялась. Однажды, беседуя, громко чмокнула Юру в самый центр уха. Тот отпрыгнул, возмутился, ты чего, оглушила, ниче не слышу теперь. Зара засмеялась в голос: «У тебя там пробка была! Не веришь??? Вот!» - и выплюнула несуществующую пробку в ладошку. Юра вскричал: «Дай, дай мне, покажь!» Она взяла конфетку с тумбочки, положила ее в кулачок, и распахнула ладошку перед носом Юры: -На! Это потом они ржали, как лошади, а сначала Юра недоуменно убрал конфетку и искал под ней ушную пробку. Он все воспринимал всерьез, чувство юмора витало рядом, но не торопилось забираться в серьезного крымского парня.
И еще: за прошедшие три дня она почувствовала себя женщиной. Той, которая может и дать и получить удовольствие. И расслабление после вносило умиротворение в ее душу, спокойствие, надежность.
Не могла она легко отпустить Юру, не могла. Ну и что с того, что не уехала. Да, сейчас напишу ему и сообщу, что переношу отъезд на день позже.
Юра зашел в квартиру с горящими влюбленностью глазами.
- Прости меня, маленькая. Я понял, ты не можешь так легко уехать. Ты осталась из-за меня. Собирайся, и пойдем гулять.
Пара гуляла в парке Гагарина дотемна. Два раза звонила Марина. Первый звонок Юрий не поднял. При втором - ринулся к шумно гуляющим компаниям, увлекая Зару за собой, и, направляя микрофон телефона в сторону полупьяных разговоров, заплетающимся языком сказал: «Марииш… Леонтия встретил, помнишь, Вовку Леонтьева из училища? Мы тут немножко загуляем, не сердись, к 11, как…ик… штык…дома!» Видно, интонации его были настолько убедительными, что Марина долго в ответ не причитала. Голос ее был слышен в трубке, сначала рассерженный, а затем коротко завершила: «Смотри!».
Зара не ощущала никакой вины перед подругой. Ноль процентов вины. Думала только о том, как продлить часы счастья вместе с Юрой. На мостике через реку Салгир они встали, тесно прижались, смотрели в глаза и чмокались. Долго нацеловывали лица друг друга. Горько - сладкие, пьянящие поцелуи. И не было их тридцати - подростки, школьники стояли под ивами, на верху полукруглого мостика над темной речкой, и целовались прощально.
…- Да будут билеты на автобус, Юр! Вот увидишь. Спокойно уеду, и с местом. А на поезд из Краснодара купейные вообще свободны, на сайте РЖД посмотрела, вот только сейчас. Есть же деньги. Давай приезжай сразу ко мне, я нечто особенное приготовила, - объясняла девушка взволнованному возлюбленному, который из телефонного разговора узнал, что Зара не сходила на автовокзал за билетами.
Когда Юра по приходу начал бурно целовать девушку и потащил ее сразу к кровати, стягивая на ходу ее сарафанчик, Зара попросила:
- Юр, пусть этот раз не будет прощальным. Юра отлип от нее, удивленно вскинув бровь.
- Но ты же уезжаешь!
- Я говорю об эмоциях. Просто люблю тебя. И ты. И мы. Любим. Мы вчера на мостике попрощались. А сейчас любим,- она расстегнула пуговки на рубашке Юры.
До «нечта особенного», а было это фаршированными «синенькими», запеченными в духовке вместе с томатами, зеленью, мякотью баклажан и мелкими кусочками мяса, Юра с Зарой добрались почти перед самым выездом из дома. И на дорогу осталось Заре. Пришлось забрать одну тарелочку из хозяйских, чтобы не растеклись в сумке. Да, эта хрущевка на Горького стала им на четыре дня домом, настоящим уютным домом, которая может и не видала в своей пятидесятилетней жизни столько страсти, нежности, любовных воркований, сколько довелось увидеть комнате за столь короткое время.
К центральной автостанции Симфи не поехали, сразу к следующей короткой остановке автобуса, Юра узнал. Рискнули, чтобы обняться на прощание крепко. Автобус, огромный, рейсовый, отяжеленный отдохнувшими российскими пассажирами, остановился, раздвижные двери поехали в сторону. В пластиковое обтекаемое окошко открылся невозмутимый профиль водителя.
- Есть места? - крикнул профилю Юра.
Водитель, также невозмутимо, не оглядываясь, ответил:
- Да были вроде. Без билета не возьму.
И тут встряла Зара. Звонким голосом прокричала:
- Одну минуту! Мы бегом в кассу, и обратно! - водитель удивленно повернулся в ее сторону, увидел хорошенькую черноволосую девушку, улыбнулся вдруг.- Вы только подождите, мне обязательно уехать с вами нужно, на работу не то опоздаю!
Юра уже бежал к окошку кассы. Вернулся, протянул Заре листок билета, звонко чмокнул девушку в губы, схватил пятерней за попу, ущипнул больно, Зара взвизгнула, затащил сумку в салон, спустился, близко-близко заглянул ей в глаза.
Зара заскочила в салон, и автобус двинулся.
Проза.Ру. Свидетельство о публикации №217032500177