Люба и Володя родились двойняшками, и хотя они огласили этот свет своими криками в один день и в один час, были совершенно разными.
Росли вместе, один детский сад, одинаковые болезни, естественно, один класс. Правда, к совершеннолетию Володя превратился в статного красавца – высокого, широкоплечего, а Люба осталась серой мышью. Вроде бы и роста бог дали, и фигуру. Вот только этот самый рост – под метр восемьдесят, и фигура под названием «доска плоская», и непонятный цвет волос – вроде бы блондинка, но какая-то пегая, сделали свое дело – у Любаши совершенно не было ухажеров.
В отличие от сестры, Володя пользовался бешеной популярностью у женского пола, ему в армию идти, а одна из подружек оказалась беременной. Пришлось сначала жениться, а потом уж отдавать долг Родине.
Леночка родилась, когда ее папаша месил сапогами грязь на полевых учениях, изучал Устав и чистил в нарядах картошку. Дочку он впервые увидел только на фотографии. А так как в то время служить нужно было два года, то во время короткого отпуска не успел привязаться к младенцу.
Его юная жена Людмила жила вместе с Любочкой и ее матерью, своей свекровью. Она училась, и с ребенком приходилось водиться бабушке и тетушке. Девушка настолько привязалась к племяннице, ведь нянчила ее практически с рождения, то неудивительно, что сказав первое слово «мама», Леночка обратилась не к истинной матери, а к ней, Любе.
- Не мама, а тетя! – назидательно поправляла Людмила.
- Ма-ма, - повторяла девочка и тянула руки к Любочке.
Свекровь потешалась:
- Да ладно, не обижайся, хорошо же, когда у ребенка две матери!
Володя вернулся из армии, но вместо того, чтобы полностью раствориться в так долго ждавшей его семье, пустился во все тяжкие. Доходило до того, что исчезал из дома на несколько дней.
- С ребятами на рыбалку ездил, - оправдывался он, - на работе в долгий рейс отправили.
Отчасти, это было правдой, ведь на работу Володя устроился в автотранспортное предприятие, и рейсы ему действительно иногда выпадали дальние. И именно в одном из рейсов он и познакомился с Тамарой – разбитной бездетной разведенкой.
Им было хорошо вместе – никаких обязательств, привязанностей. Встретились, хорошо провели время, и адью! Володю это очень даже устраивало, а вот Людмилу – нет.
- Ты с семьей когда-нибудь будешь время проводить или нет? – спрашивала она мужа.
- А что не так? Я деньги зарабатываю, с Леной тетка и бабушка возятся, ты учишься, все же нормально?
- Да не нормально это, когда ребенком не мать с отцом занимаются.
- Но ведь ребенку тетка и бабушка тоже люди не посторонние?
В общем, так продолжаться не могло. Леночке уже почти шесть исполнилось, когда Людмила подала на развод.
- Я уезжаю и дочку с собой забираю! – объявила она родственникам.
Вот тогда Люба и пришла в ужас, ведь ее лишают главного смысла в жизни – ее любимой Леночки. Замуж девушка так и не вышла. Вроде бы и возраст еще не критичный – 24 года всего, по современным меркам еще вообще юная девушка. Но, напомню, тогда были восьмидесятые, и если девушка лет так до 22 не становилась чьей-то женой, то на нее уже начинали косо поглядывать и, перешептываясь, называли «старой девой».
Люба прекрасно понимала, что шансов выйти замуж, такой, как она, «бесцветной дылде» – ноль целых ноль десятых. А раз нет мужа – нет ребенка. А она всем сердцем привязалась, как оказывается, совершенно не нужной родителям племяннице.
- Слушай, Люд, может, поступим так: ты уедешь на новое место, устроишься, освоишься, а потом уже и за Леночкой приедешь.
Подумала-подумала Людмила и согласилась. Действительно, в большой город, куда она планировала отправиться после развода, одной найти свое место в жизни гораздо проще, чем с маленьким ребенком.
В общем, уехала женщина, оставив Лену на попечение тетки и бабушки. Месяц осваивалась, другой, а затем встретила мужчину, как ей показалось, ее мечты, и практически забыла про дочь.
Леночка, между тем, не особо страдала без матери. А Люба и вовсе была счастлива. И 1 сентября на первую школьную линейку девочку повела не мама, а тетя.
Володя продолжал жить с ними, однако воспитанием дочери занимался так себе, его больше привлекали женщины, друзья и выпивка.
Прошел год, другой. Людмила все реже и реже вспоминала о дочери. Но вот однажды она появилась на пороге дома бывших родственников:
- Я за Леной!
- Как за Леной, - Людмила опешила.
- Вот так. Все-таки по документам она является моей дочерью!
- Но ведь она тебя совершенно не знает, ты же ее бросила!
- Никого я не бросала, это ты уговорила меня оставить дочку вам. А теперь я приехала за ней. Собирайте ее вещи, у меня поезд через два часа.
Ну, не драться же с женщиной, которая юридически действительно является родной матерью, и, не смотря на рыдания девочки, которая совершенно не понимала, почему она должна ехать куда-то с какой-то незнакомой теткой, Людмила забрала дочь, только ее и видели.
Полгода после отъезда племянницы Любочка ходила, как в воду опущенная, а потом встретила Анатолия. Не красавец и не атлет, но он по-настоящему полюбил невзрачную серую мышь Любу. А еще через год у пары родился сын.
Мальчику исполнилось пять лет, когда на пороге счастливой семьи заявилась Людмила.
- Вот, привезла, воспитывай! – она подтолкнула опешившей тетке повзрослевшую Лену. – Совсем от рук отбилась. Меня не слушает, дерзит. Альбертику – это мой муж – совершенно не нравится такое поведение.
- Лена, ты останешься жить у нас? – обратилась Люба к племяннице.
Та лишь коротко кивнула, глядя счастливыми глазами на тетку.
- Толя, ты ведь тоже не против?
- Конечно, пусть остается! Я всегда мечтал о дочке, тем более, если она уже совсем взрослая! – Анатолий подмигнул счастливой Леночке.
Спасибо, что прочитали. Буду благодарна за лайки и подписку.
