Любопытно, как по-разному воспринимаем мы время, когда смотрим в будущее, и когда оглядываемся назад. Если мы планируем какое-либо событие, допустим, через год, то нам кажется, что у нас еще уйма времени впереди. Но когда вспоминаем о чем-то в прошлом, то часто ахаем: «Батюшки, сколько лет-то прошло, а, кажется, совсем недавно было!» Если бы нашим молодоженам сказали, что они вернутся в родной город только через тридцать лет, когда Василий в звании полковника выйдет в отставку, для них, двадцатилетних, этот срок показался бы вечностью, но сейчас, в пятьдесят, казалось, что годы службы промелькнули очень быстро, и та ночь в поезде была совсем недавно. И только зеркало безжалостно подтверждало, что времени действительно прошло немало.
Предыдущая часть здесь: https://zen.yandex.ru/media/elenachum/pust-ia-s-vami-sovsem-ne-znakom-chast-chetvertaia-63066c9a2b151a637e8d68a8
Примерно так думала Валя, теперь уже Валентина Константиновна, сидя на лавочке в знакомом с детства скверике в тени готового вот-вот зацвести каштана.
Май окутал город нежным ароматом цветущей акации, залил бульвары солнечным светом, наполнил веселым треньканьем трамваев, звонкими голосами ребятни. После недавних субботников и вчерашнего дождя улицы радовали взор чистотой и свежестью. Казалось, даже воздух стал чище и прозрачнее. Легкий ветерок донес с реки гудок парохода.
Валентина Константиновна наблюдала за внуками, играющими в песочнице. Оленька, милая барышня пяти лет отроду, сосредоточенно лепила куличики. Рядом чернела головка Ванечки, у него куличики пока не получались, и он с совком наготове ждал, пока старшая сестра слепит очередное творение, чтобы тут же его разрушить.
— А-а, вот вы где. А я вас на набережной искал, вы же там собирались гулять? — К лавочке подошел добродушный мужчина в легкой куртке и светлых брюках. Походка и выправка выдавали в нем военного. Не так-то просто узнать в нем того красавца-курсанта, каким Василий был в двадцать лет.
— Мы туда и пошли, но там ветрено, я побоялась простудить детей. А здесь так хорошо! Я знала, что ты догадаешься поискать нас в сквере.
— Ну да, я с ними тоже сюда хожу. Какой денек, красота! — Василий Егорович присел рядом с женой.
— Вот и отлично, погрейтесь с детьми на солнышке еще часик, а я побегу накрывать на стол. Сегодня сын обещал прийти со своей девушкой. По такому случаю и дочка с зятем собираются к нам на ужин, так что намечаются полноценные смотрины.
Валентина привычным жестом поправила мужу воротник рубашки, стряхнула соринку с плеча, легко поднялась и пошла по аллее. Василий проводил взглядом жену, любуясь ее ладной фигурой. Валя оказалась из тех женщин, которых возраст не портит и он гордился женой.
Внуки мирно играли в песочнице, солнышко припекало почти по-летнему, газету он купить не успел, поэтому мысли его обратились к воспоминаниям. Вспомнились молодость, годы службы, друзья-подружки.
Служба его началась в маленьком венгерском городке с труднопроизносимым названием Секешфехервар. Полк был расквартирован в домах местных жителей. Их молодую семью поселили в светлой уютной комнатке у пожилой супружеской пары. Василия они побаивались и называли почтительно «господин офицер», а Валя пришлась им по сердцу. Она напоминала им их дочку, сгинувшую где-то в концлагерях, и они заботились о девушке, как о родной дочери. Василий по молодости частенько увлекался красивыми женщинами, благо их вокруг было немало. Причем, он вовсе не чувствовал себя виноватым перед Валентиной, поскольку не давал ей клятв в любви и верности. Жену он воспринимал как подругу, партнера и искренне считал, что она к нему относится так же. Валю сильно задевало такое отношение мужа, но ей хватило ума и выдержки не устраивать ему сцен. Несмотря на неопытность, она чувствовала, что это прямая дорога обратно в бухгалтерию, а ей так нравилась роль «офицерши», нравилась яркая, теплая Венгрия, нравилось жить в относительном достатке. А главное, ей все больше нравился Василий. Поэтому, поразмыслив своей практичной головкой, она решила идти другим путем.
Продолжение следует...