Предсмертная агония сотрясала худенькое тело. Девочка вот-вот должна была отойти в мир иной. Батюшка успел войти в дом, она еще жила. Священник приехал причастить умирающую. Ей было 12-13 лет, волосы разлетелись по подушке, трупные тени легли на острые скулы. В горле раздавался - "колоколец". Так называет народ этот слабый клекот в горле. Он начинается в последние минуты пребывания на земле. Но не это заставляло содрогаться присутствующих. Из уст тоненькой, нежной нимфы, пусть и умирающей, летела грязная, противная, площадная, "сальная" брань. Пьяный сапожник бы и тот стыдливо отвел глаза в сторону,услышав, что несет эта девочка-подросток. Это был отборный солдафонский мат. Беспощадный, черный, из глубин грязной грешной души, которая испытала много боли и обозлилась окончательно. Осатанела. Вот такой. А кричала умирающая эти ругательства своей матери. Та, белая, словно растворяющийся сахар в черном чае, медленно растворялась в своих слезах. Лица на ней не было. Отчаяние. Жутка