Быть православным и быть христианином – это подчас совсем разные вещи, как бы чудно это ни звучало.
Почему?
Да потому, что сегодня все чаще приходится встречать людей, которые говорят о Православии как о некой идеологии, более того – сами так понимают и «чувствуют» его. И именно поэтому растет число тех, кто именует себя православным, искренне считает себя таковым, но верит при этом во что-то, совершенно чуждое христианству.
И оттого не приходится удивляться, когда отсылка по тому или иному поводу к Евангелию воспринимается такими православными как «толстовство». Слова о необходимости прощения трактуются исключительно как слабость. Разговор о любви как единственной основе жизни воспринимается в качестве «безответственного бреда прекраснодушных мечтателей».
Так что невольно вспоминается преподобный Исаак Сирин, который как-то в недолгую бытность свою епископом Ниневийским, призванный рассудить пришедших к нему с жалобой друг на друга людей, попытался сказать:
- Евангелие говорит, что…
И тут же был прерван одним из них:
- Да что ты все со своим Евангелием!
Святой недоумевал тогда: зачем эти люди явились к нему, епископу, если Евангелие для них отнюдь не является авторитетом? А вскоре и вовсе оставил кафедру, вновь удалившись в пустыню.
А что до нашего времени, то мне кажется очень важным уразуметь очевидную вещь: нет, нельзя быть православным, не будучи при этом христианином. Нет, Православие – не идеология, не «система ценностей» или «ориентиров». Это наша вера во Христа, основанная на Священном Писании и Предании Церкви, согласная с духом евангельского учения. Вера в то, что людей от погибели спасает лишь любовь: Божия к человеку и людей к Богу. И, конечно, людей друг к другу.