Решил небольшую статью написать о консерватизме и патриотизме. Представляет она собой несколько переделанный мой комментарий к полемике по поводу выложенной в одном из читаемых мною Telegram-каналов статистической выкладки, часть которой я опубликовал во вчерашнем материале: Россия будущего в сухих цифрах статистики: повод для оптимизма или пессимизма?
Итак, в ходе полемики речь зашла о консерватизме как одном из путей преодоления демографического кризиса – мол, консервативные семьи почти все многодетные. Петербургский молодой и, к слову, интересный философ, Никита Сюндюков – человек вполне консервативных взглядов, с этим не согласился.
Соответственно, я прокомментировал это следующим образом: «Консерваторы – они разные. Смотря что консервировать собираются. Может молодость, в стиле: "Вечно молодой - вечно пьяный". Ну а потом, что в глазах консерваторов репродуктивного возраста патриотизм? Не "царьградские" ж представления. Я не во всем с Никитой Сюндюковым согласен, но, что правда, то правда: навязываемые сверху идеи патриотизма, в виде певца газмановского разлива Шамана – холостой выстрел. Да и неприснопамятное движение "Наши" тоже ж претендовало на консерватизм и патриотизм – причем грезило стать их авангардом. Его и покойные ныне, а тогда популярные в том числе и в молодежной среде, священники: о. Сергий Рыбко и о. Даниил Сысоев окормляли, можно сказать. И?»
Замечу, что Шамана власть как раз не продвигает, но тематика его творчества, на мой вкус, слишком пафосная и лубочная. Сужу это по песне «Я русский». И Шаман действительно не популярен у молодежи. Его слушают те, кому за сорок.
Вот и получается: молодежная контркультура властью не замечается, а спускаемые сверху проекты ориентированы разве что на незначительную группу карьеристов – те же в начале нулевых «Наши», и молодых ученых. Последнее – здорово и очень правильно. Но строить молодежную политику, только делая ставку на интеллектуалов, неверно.
Думаю, успех моложенной политики, выдержанной в консервативно-патриотичном ключе, во многом зависит от решения социальных проблем в депрессивных регионах, где, да, аббревиатура – как и само движение – АУЕ запрещена, но вряд ли сведена на нет популярность уголовной псевдоромантики в молодежной среде, формирующейся в мире, отраженном в неплохо снятом и намедни мною просмотренном фильме «Как Витька Чеснок вез Леху Штыря в дом инвалидов».
Если Вам понравилась статья — подписывайтесь на мой канал .
Игорь Ходаков