Проблема интерпретации в трудах Лакана

Школа Лакана это, безусловно, школа постмодернистской критики трудов Фрейда, на что он сам указывает во введении к его семинарам, призывая «собрать воедино все, что мы разработаем, под рубрикой критики, критики аналитической техники». Примером этого могут служить его размышления в статье «Варианты образцового лечения», а именно критика «двусмысленности с которой психоанализ имеет дело». Что это за двусмысленность? Это двусмысленность восприятия чужого дискурса. Это вопрос о том, что говорящий «хочет сказать».

Попробуем разобрать поставленную проблему:
Аспект 1. «Попытка понять «что он хочет сказать» подразумевает, что «он этого не говорит». Аспект 2. «Зависимость от слушающего» или «Смысл речи содержится в том, кто её слушает».

Первый аспект, связанный с «умолчанием» прост, он лежит в рамках фрейдистского толкования – то есть нахождения скрытого смысла речи. Здесь речь идет о пациенте-лицемере, склонном к скрытности. (В этом контексте уместно вспомнить высказывание Фрейда о том, что «все мы без исключения – и больные и здоровые – лицемеры», когда он говорил об интерпретации, как о переводе морфологии невроза в этиологию сексуальности.)
Второй аспект как раз касается проблемы интерпретаций, и он гораздо интереснее. Лакан говорит, что аналитик завладевает властью выбора, принадлежащей слушателю и «берет на себя толкование дискурса». Говорящий в этой ситуации «безоговорочно отдает себя на милость истолкователю», что накладывает на него «весомую ответственность». Обсуждая применение термина интерпретация он отмечает «неловкость», «недовольство», «робость» при его эксплуатации, предпочтение пользоваться «расплывчатым термином анализировать», что трактуется им как «попытка к бегству», обусловленной опасностью контр-переноса. Опасность этого действия полагается им высокой, вплоть до гипотезы того, что сообщение интерпретационного знания будет признано «всего-навсего внушением», к которому «критерий истины остается неприложим». Это опасность «предвзятого знания», «предопределенной организацией самого аналитика». В борьбе против этого он обращается к трудам Ференци, который задавался вопросом о проблеме метапсихологии – науке о технических процессах самого аналитика в ходе анализа, для которого требуется разработать «специальные правила гигиены». Рассуждения на данную тему Лакан финализирует позицией Фрейда, который полагал разработанную им технику «как единственную подходящую для него лично», предполагая, что врач с личностью «другого склада предпочтет… иные подходы», намекая на определенную обусловленность всего психоанализа в целом фигурой его «Отца».

В работах Лакана можно увидеть интересную двойственность – с одной стороны он полагает что «предложить правильную интерпретацию в нужный момент как раз и значит быть хорошим психоаналитиком», с другой стороны, как мы видим выше, полагает в этом определенную опасность. С этой опасностью он работает по нескольким траекториям:
-понимание дискурса пациента как совокупности последовательных (само)интерпретаций, как «признание своих желаний и называние их», а не как внешнее интеллектуальное действие аналитика в отношении анализируемого;
-критикой субъективной обусловленности аналитика;
-критикой самого метода интерпретаций; («Обычно это наивно объясняют формулой: субъект хотел это сказать. Да откуда вы знаете?»)

Опасность, изучаемая нами, это конечно интерпретационная власть над пациентом, носящая авторитарный характер. Подозрение в репрессивности механизма психоанализа проскальзывающее в трудах Лакана, со временем будет актуализировано в постмодерне. Не трудно вспомнить хотя бы Сьюзан Сотнаг, которая обрушится в своих трудах на интерпретационные методы двух доктрин модерна – марксистскую и фрейдистскую, полагая их развитыми герменевтическими методами, которые являются «агрессивными теориями интерпретации», которые под явным содержанием ищут скрытое, и в процессе этого переформулируют явления. К такому явлению она полагает необходимым приложение интерпретационного метода в свою очередь, что актуализирует постмодернистский режим «критики критики».