«Скрипач на крыше» в Екатеринбурге
Свердловский театр музыкальной комедии – один из признанных лидеров «нелёгкого лёгкого» жанра в России, да и на территории всего постсоветского пространства: на образцы свердловской оперетты издавна равнялись многие театры, не исключая и столичные – качество, профессионализм, новаторство, интересный репертуар – всё это привлекало внимание и симпатии любителей музыкальной комедии в широком смысле во всех уголках бывшего СССР, высокую репутацию Свердловская музкомедия всегда имела и среди коллег-профессионалов. Признание профессионального сообщества выразилось и в звании академический, которое театр носит уже почти тридцать лет, и в многочисленных государственных и национальных наградах (одних «Золотых масок» театр собрал больше всех в стране). Оставаться классиком в своем жанре и одновременно законодателем мод – совсем не просто. Как же Свердловская музкомедия сегодня справляется с этой задачей?
Последняя премьера на её сцене – мюзикл Джерри Бока «Скрипач на крыше», поставленный проверенным уральским тандемом главных персоналий театра: режиссёр – Кирилл Стрежнев, дирижер – Борис Нодельман. Душещипательная история еврейского местечка в контексте сложного в политическом отношении времени смены эпох поздней Российской империи разыграна его создателями как очень искреннее высказывание, сердечный монолог главного героя молочника Тевье, отца пятерых дочерей, бедного немолодого еврея, пользующегося уважением и даже любовью не только соплеменников, но и водящего дружбу с властью – с царским урядником. Это, правда, не спасает Тевье от депортации, но демонстрирует одновременно душевное богатство и житейскую мудрость персонажа, блестяще воплощенного Анатолием Бродским.
Вообще самая сильная сторона спектакля – это актерский ансамбль, энтузиазм, с которым труппа перевоплощается в почти патриархальных по нашим меркам обывателей, с их нехитрыми радостями, такими понятными и нам сегодняшним заботами и хлопотами, искрометным и одновременно очень мудрым еврейским юмором. Череда фееричных актерских работ не позволяет выделить кого-то особо, потому что и Лариса Емельянова (жена Тевье Голда), и Светлана Бережная, и Екатерина Куропатко, и Альбина Дроздовская (соответственно дочери молочника Цейтл, Годл и Хава), и Ирина Цыбина (сваха Ента), и Александр Мезюха (Мотл Камзол), и Владимир Фомин (студент Перчик) – блестяще проживают образы своих героев, им веришь от первого до последнего слова.
Музыкальная сторона спектакля – в крепких руках маэстро Нодельмана, чей оркестр поёт пронзительно и захватывающе, одновременно профессионально слаженно-сыгранно, что не так уж и часто можно встретить в театрах оперетты, его акустический посыл в зал столь силён, что на звуковой волне еврейского мелоса ты пребываешь ещё долго после того, как покинул театр. Актёрам легко с такой базой, с такой поддержкой исполнять свои вокальные партии, некоторые из которых не так уж и просты. Отлично получаются у Нодельмана хоры и ансамбли, цементирующие спектакль и придающие ему заметного динамизма.
«Скрипач на крыше» — бродвейский по происхождению спектакль, он был поставлен в Нью-Йорке Харольдом Принсом и Джеромом Роббинсом и в почти первозданном виде перенесён на уральскую сцену (русский текст – Полина Мелкова). С одной стороны, в этом плюс – возможность прикоснуться к заокеанскому стандарту. С другой, тут же и минус: невозможно делать купюры, необходимо воспроизводить всё точно по-американски. Вследствие этого есть некоторое ощущение затянутости, в какие-то моменты спектаклем теряется экшн и драйв, слишком длинны пространные монологи, некоторые шутки повторяются и уже не так смешны и т. д.: эти потери режиссёру-постановщику русской версии Стрежневу преодолеть не удалось. Функциональна, но слишком уныла сценография Сергея Александова, она также не способна бороться со своего рода топтанием на месте, пробуксовыванием некоторых моментов мюзикла.
Если бы (помечтаем!) скорректировать бродвейскую версию «Скрипача» на большую стильность и изысканность визуального ряда и придать ей именно режиссёрского задора (с актёрским здесь всё в порядке) и единства мысли, стремительности в развитии действия – цены бы ей не было. А так – просто добротная работа, способная местами весьма сильно тебя захватить, но местами заставляющая приуныть и даже заскучать.
12 мая 2012 г., "Прекрасное пение"