«По пышности мундиров, по роскоши туалетов, по богатству ливрей, по пышности убранства, общему выражению блеска и могущества зрелище так великолепно, что ни один двор в мире не мог бы с ним сравниться», — писал французский посол Морис Палеолог о русском монаршем дворе. Мы попросили сотрудницу Государственного Эрмитажа Нину Тарасову рассказать о церемониальной жизни русского двора, о том, что можно и что нельзя было носить членам монаршей семьи, а также о самых необычных костюмах из императорского гардероба.
Жизнь одного из самых роскошных царских дворов подчинялась определенным правилам этикета, которые были разработаны на основе западноевропейских образцов. Сложный придворный церемониал официально узаконил Николай I. В 1826 году по его указу было образовано Министерство Императорского двора, вступили в силу правила приема послов, наложения траура, положения о выходах при высочайшем дворе. Двор правящего императора называли «большим», а дворы вдовствующей императрицы и других представителей царской семьи, великих князей и княгинь — «малыми».
При Николае I вступили в силу и указы, регламентирующие платья, в которых правящие особы и сопровождающие их дамы могли появляться на официальных мероприятиях при дворе. Императрица была обязана выходить в свет только в платье так называемого русского покроя: с разрезными рукавами, спускающимися вдоль юбки. В то время как женщины в возрасте, не имеющие ранга при дворе, могли прикрыться пелеринами или кофточками, императрице накидывать что-то поверх платья с глубоким декольте не позволяли правила этикета, поэтому внимание от особенностей фигуры обычно отвлекали массивными украшениями, например роскошными колье.
Придворное торжество предварял высочайший выход — шествие императорской семьи во главе с правящей четой из личных покоев в парадные залы резиденции. В «большом» выходе участвовали все придворные дамы и кавалеры, также на мероприятии могли присутствовать офицеры гвардии, аристократия, дипломатический корпус и даже журналисты. «Малый» выход отличался протяженностью шествия и меньшим числом участников церемонии. Выходы открывали гоф- и камер-фурьеры в парадных ливреях, а замыкали шествие фрейлины.
В середине XIX века платья придворных дам состояли из лифа-корсажа, нижней атласной и верхней распашной юбки, переходящей в шлейф. Самый длинный шлейф — до пяти метров — носила императрица. Дамы, которые присутствовали на торжественных шествиях царской семьи, тоже были обязаны надевать платья русского покроя определенного цвета и с определенным узором шитья. Фрейлины императрицы носили алый бархат с золотым шитьем, фрейлины великих княгинь — тоже алый, но украшенный серебром. Статс-дамы шили платья из зеленого бархата, а гофмейстерины — из малинового. Строго регламентировались и ливрейные костюмы служителей высочайшего двора, которые создавали из ярких тканей и обязательно украшали золочеными пуговицами, гербами и форменными золотыми галунами с изображением двуглавого орла.
Мужчины приходили на мероприятия и на балы в парадных военных мундирах, а те, кто не состоял на военной службе, — в гражданских фраках. Все внимание, конечно, было приковано к женским нарядам, но и мужчины могли выделиться — например, выбором ткани, булавками с драгоценными камнями или специальными пуговицами с бриллиантами на пластронах.
Особые аксессуары и вид придворного костюма позволяли определить ранг участника торжественной церемонии. Например, знаком отличия камергера был золоченый ключ на голубой муаровой ленте, а церемониймейстера можно было узнать по жезлу в виде трости из черного дерева, увенчанной шаром из слоновой кости и гербовым орлом.
Беседовала Полина Пендина