«Внутренние войска Северо-Кавказского округа, последние пять лет постоянно находящиеся в режиме столкновения с чеченскими бандитами, являются наиболее боеспособными подразделениями силовых структур России». О, твою мать, каково…
- Читал? – Коля щурился на пробивающееся солнце и курил.
- Я аж в восхищении.
- Ржете, бойцы? – Маня, прогуливающийся вдоль колонны, недовольно фыркающей выхлопами и дрожащей в остановке, стоял рядом красиво, прям как с обложки «Братишки» или еще какого «Солдата удачи».
Прессу нам подкинули армейцы, чьи МТЛБ и притащили нас сюда вместе с несколькими рабочими БТР-ми второго батальона. «Российская газета», конечно, ни хрена не СПИД-Инфо, но и читалась, и годилась для пары-тройки других вещей.
- Трщ капитан? – Коля даже сел за-ради вопроса и достал сигарету изо рта.
- А? – Маня покосился на нас и собрался идти к своим пехотинцам.
- А кто такой Путин?
Из «рулевых» девяностых помню Хасбулатова, Руцкого, Чубайса, Черномырдина и Ельцина. Политика мало интересовала в семнадцать-восемнадцать, в отличие от гладких девичьих ног и их же упругих выпуклостей с обводами. Когда случилась война в Дагестане, в августе 99-го, наш полк уже отдыхал в Краснодаре. Мы начали воевать чуть раньше, в Хасавюртовском районе, потеряв восьмерых.
Август с сентябрем обещали быть томными в своих масштабных учениях. Учебный центр 2 ДОН, дивизии оперативного назначения, закрепленный за 66 полком, стоял в Ахтырке. Туда нас и вывезли, готовя к бурным «ура», беготне за БТРами и стрельбой болванками по мишеням. Не сложилось, полтора дня все искали спертые автоматы, потом нашли. Потом легли спать, потом за нами приехали машины. Электричка, Краснодар, сборы, состав, выгрузка в Моздоке, пыль со всех сторон, когда шли на Ставрополье, две недели там и вперед, воины, освященные водой из поповского ведра. В Чечню.
Октябрь тогда не сильно радовал солнцем. Возле Знаменского полк задержался ненадолго и пошел помогать армейцами, выдвигаясь к Горагорску. Нас, два расчета СПГ, станковых противотанковых гранатометов, как обычно придали пехоте - капитану Манько, Мане, и его шестой роте. Шестую роту мы любили и знали, стоя с ними еще в первом Даге, на Первомайке. Сам Маня отличался здоровым пофигизмом, требовательностью и ощущением его личной храбрости. Не, серьезно, пусть и драл кэп порой как сидоровых коз, но уважение вызывал не просто погонами, а своим поведением и отношением.
На первой странице газетки красовалась какая-то статья, где Путин был вторым после Ельцина, путая все карты и заставляя нервничать. Мы дичали в своих трех командировках куда быстрее, чем хотелось бы, опасались выть при встрече с нормальными женщинами аки волки, желали хотя бы немного разбираться в происходящем в стране, хороших сигарет и хотя бы каких-то развлечений. Колонна стояла два часа, армейцы смотрели волками, отстав от своих, на горушках спереди и по бокам торчали пацаны из выставленных постов, а опасаться мы давно никого не опасались. Типа, в рот их всех конем, крутые техасские рейнджеры и все такое. Вон, даже в газете указано – самые боеспособные, ага…
- Путин? – спросил кэп Маня и покосился на Колю с удивлением.
- Ну да.
- А тебе не по барабану, товарищ боец? У тебя гранатомет хорошо стреляет? Чего подшива грязная, а?
В общем, кто такой Путин мы узнали чуть позже. А голосовал я, помнится, стоя возле села Курчалой, за Титова, губернатора моей Самарской области.