Недавно ко мне обратилась клиентка, которая находится в парной терапии, с таким вопросом: она с тревогой спросила: «Может, мой муж изменяет?» Затаив на мгновение дыхание, она пояснила, что подписана на различных психотерапевтов в TikTok и Instagram, видео которых она иногда просматривает. В ответ на мою просьбу прислать пример этого контента, я получила видео, которое вызвало большое беспокойство, потому что его автор не цитировал материалы, которые он использовал, и делал авторитетные, экспертно звучащие заявления о том, как определить людей, которые изменяют в браке.
Этот конкретный психотерапевт очень искусно, но без четкого контекста, переплетал различные концепции из популярных теоретических моделей. Эти концепции, которые включали стили привязанности, особенности семейных систем, теорию бессознательного и так далее, были взяты из моделей эмоционально-ориентированной терапии, теории семейных систем Боуэна, психоаналитической теории и структурной семейной терапии.
Утверждения, описывающие «типичного» неверного партнера, представляли собой кустарное лоскутное одеяло, которое издалека казалось единым целым, выдающим как бы обобщенное научное предположение, но на самом деле всё-таки в большей степени являлось какими-то предсказаниями из разряда «гаданий» или «магических прогнозов».
Этот конкретный опыт побудил задуматься над некоторыми вопросами, связанными с тем, как социальные сети превращаются в новое и значимое средством для моих клиентов. Игнорировать этот контекст в работе не представляется возможным. Вопросы, которые стали актуальными, таковы:
Как клиенты могут оценить полномочия психотерапевтов, лайф-коучей, психологов, которые публикуют сообщения на форумах или в социальных сетях?
Существует ли этическая/профессиональная обязанность «обучать» наших клиентов этому?
Как клиенты могут проверить достоверность контента, который они читают и, возможно, внедряют в свою жизнь? И, соответственно, какова роль психотерапевта в этом и есть ли обязанность помогать им в этом, особенно если то, что они читают, противоречит цели той работы, которую мы проводим с ними?
Каковы последствия и значение «закулисного» присутствия такого ко-терапевта в психотерапевтическом альянсе?
Понимают ли свою ответственность, равно как и этические обязательства те, у которых есть подписчики на различных платформах и форумах, в плане того, что человек, не являющийся их клиентом, может последовать их «советам» и получить неблагоприятный результат? Во всяком случае, на большинстве сайтов отсутствуют оговорки о том, что предоставленная информация не является заменой терапевтических услуг.
Несмотря на перечисленные опасения, всё-таки следует упомянуть о том, что вряд ли сможет существовать радикальный запрет на использование онлайн информации или каких-то общих рекомендаций, хотя, пожалуй, было бы важно, во-первых, оговорить в этом случае риски, а также указывать источники этой информации. Во-вторых, самим психотерапевтам тщательно проверять сайты, информацию, видео, особенно, если средствами работы выступает библиотерапия или кинотерапия. И, в-третьих, что наиболее важно, как профессионалы мы должны обучать клиентов осторожности, заботе о себе и формировать возможность различать и анализировать.