Дом жил дружно. Жильцы, по понятным причинам, менялись редко. Все друг друга знали, если не по имени-отчеству, то в лицо. Утро начиналось с чинных приветствий в лифтах, вежливых кивков соседям на улице.
Лифты у нас были особенные: скоростные, отделанные внутри деревянными панелями. Их давно уже нет, но и сейчас старожилы вспоминают их с особой теплотой. В фильме "Москва слезам не верит" есть два эпизода с нашими лифтами.
Кстати фильм этот, несмотря на то, что героини подходили к подъезду высотки на площади Восстания, ассоциируют именно с Котельнической: девушки, отправляясь в гости к дяде Мише Тихомирову, заходят внутрь центрального подъезда именно нашей высотки. В сцене отъезда Люси и Кати, в подъезде у них происходит разговор с вахтёршей, которую играет актриса, а слева от неё рядом со столиком сидит вторая вахтёрша. Так вот это - реальная наша дежурная, которую я помню всё моё детство. Была она невысокого роста, всегда молчаливой, но приветливой.
Мама рассказывала: когда дом только заселили, на лестницах в подъезде лежали ковровые дорожки, а в каждом лифте дежурил лифтёр. При мне такого великолепия уже не было.
Дом жил своей совершенно особой жизнью. Задуман он был как замкнутая система: здесь имелся большой гастроном, булочная, овощной магазин; почта, телеграф, парикмахерская, прачечная, а для услады духа - кинотеатр и лавка букиниста. В корпусе А размещалось ателье, в котором шили форму все военачальники советского времени. А в корпусе В было ателье "Люкс" по пошиву гражданской одежды. Здесь одевались звёздные жильцы дома. На восемнадцатилетие я заказала в этом ателье бархатную черную юбку-карандаш. Было это дорого и долго, но мне очень нравилось приходить на примерки. В ателье сохранились дубовые четырехметровые шкафы-витрины, в которых были представлены разноцветные ткани. Выглядело это торжественно и богато. Сейчас в этом помещении - банк. Нет уж тех шкафов и той первозданной роскоши.
Ещё до моего рождения действовал в корпусе А детский сад, очень интересно устроенный: занимал он почти весь второй этаж, а зоной прогулок служил гигантский балкон над цокольным этажом. Но потом это помещение реконструировали, в результате перепланировки получились квартиры, и в одну из них въехал, теперь, пожалуй, самый знаменитый жилец нашего дома - Александр Анатольевич Ширвиндт. И та часть балкона, которая досталась его квартире, видела очень многое: веселые застолья советской богемы будоражили всю Москву.
Александр Ширвиндт о балконе своей квартиры: — Да, на нем побывали многие популярные люди, и мы там устраивали множество посиделок. С ним связаны многие интересные воспоминания. Вот, например, когда шла Олимпиада, у меня был день рождения. Я полдня просидел на балконе в ожидании друзей. Вся Москва перекрыта. Смотрю на накрытый стол и думаю: «Пропал праздник»... И вдруг вижу: бегут в одних трусах: Рязанов, Миронов, Захаров, Горин с... олимпийскими факелами. Милиция думала, что эти известные люди сошли с ума. А это они мне вручали в подарок Олимпийскую надежду. К сожалению, многих моих друзей уже нет в живых. А вот память живёт и поныне*.
Корпус А, в котором живёт Александр Анатольевич, был построен ещё до войны, в 1937-1940 годах под руководством архитектора Дмитрия Николаевича Чечулина. Он являлся автором идеи возведения кольца высотных зданий в Москве, благосклонно принятой Сталиным. Но это случилось позже, а тогда, в 1940 году, дом был спроектирован совершенно в ином стиле, тяготеющим к конструктивизму, и заселён сотрудниками НКВД. Здесь жил, например, Виктор Семёнович Абакумов, министр государственной безопасности СССР, расстрелянный в 1954 году.
В этот же корпус после возвращения из эвакуации и года жизни в московской коммунальной квартире на ул. Чкалова въехали мои дедушка, бабушка и три их дочери. Квартира была на седьмом этаже, окна выходили во двор, поэтому строительство основного здания проходило на глазах всей нашей семьи.
*Источник: https://m.fishki.net/1759208-na-balkone-u-aleksandra-shirvindta-1980-god-moskva.html © M.fishki.net