Долго искали садовые ножницы. Бабушки подрезали виноград и куда-то положили. Обшарили весь виноградник. Нет ножниц, и всё тут. Зато, когда косили траву под вишней, нашли детские галоши, потерянные ещё весной.
Вещи здесь живут своей непринуждённой жизнью. В их свободе чувствуется и летняя праздность и невыносимая лёгкость бытия. Порядка никогда нет. Наводить его бесполезно. В углах скапливаются баночки из-под чего-то полезного и для чего-то полезного, ждут своего часа. Освобождаются бутылки от минеральной воды: зачем их выбрасывать? Потом сделаем морс в дорогу.
Блюдца и тарелки заняты, опять же, понемногу и без обязательств: собранный вчера боярышник, недогрызенный огурец, два яблока, чуть порченые, но пойдут в начинку для блинов, кофейная гуща (в качестве скраба к бане).
Лейтмотив нашего существования: "Где-то было". И вот ещё: "Только что здесь лежала".
Где спички? Где-то были... А, точно! Они в саду, на табуретке, потому что вчера был костёр. Где большая кастрюля? В бане. Я хотела по пути из бани набрать в неё груш, но забыла.
Собрались лепить пельмени, обнаружили, что мука только цельнозерновая. Ничего, так даже полезнее, и пельмени оригинальные, тёмные. Дети смотрят с подозрением, но голодными не останутся, вон - огурец на тарелке, пусть грызут. Назавтра искали паприку - где-то была. Не нашли, но обнаружили пакет муки высшего сорта. Прекрасно! Вечером испечём шарлотку, и сорванные яблоки пригодятся.
Постепенно учишься чувствовать ритм вещей, приспосабливаться к ним.
А с другой стороны, понимаешь, что потери легко переживаются, пока стоит дом, пока крыльцо прогрето утренним солнцем (кто бросил на крыльце диск от болгарки?), пока ты сам - носитель этой лёгкости.
P.S. Садовые ножницы нашлись: были воткнуты между виноградными лозами. Теперь серп потерялся, ищем.