По монастырской дороге прямиком к воротам вышагивает толстый конь, запряженный в телегу. Я, прожившая все своё детство в сельской местности, такого объемного коня вижу впервые. Идёт он очень медленно, но и двое мужчин, сидящих на телеге, его не подгоняют. Они мирно беседуют между собой. Тележка забита картонными коробками, сложёнными в стопки. Вроде бы коню не тяжело, но он так неохотно переставляет ноги, что груз кажется неподъёмными. Глаза у коня заспанные. Может, его просто выгуливают, потому что скорость движения такого состава невелика.
Последний раз так близко рассматривала лошадь я лет так 25 тому назад. Мы ездили несколькими семьями в родную деревню отца «на картошку». Моя тетка всегда собирала огромный тормозок, и когда ее сын-подросток (и по совместительству, мой двоюродный брат) уставал, а уставал он минут через пять сбора картошки, отправляла его поесть. Так как одному сидеть ему было скучно, то он брал с собой меня. Во дворе дома расстилал одеяло, разворачивал и залезал абсолютно во все кастрюльки, находил яйца и начинал их колотить.
Когда ему надоедали игры с едой, он шёл донимать коня. Во дворе всегда к тому времени стоял запряженный в телегу конь, на котором до этого распахивали картошку. Каждый раз происходило одно и тоже действие - он кормил коня яблоками, от чего тот громко пукал. Действие повторялось достаточно долго пока ему не надоедало и он не уходил обратно в поле кидаться картошкой.
Конь был красивый, но не такой ухоженный как в Оптине. Грива и хвост спутанные, но кожа блестящая, шоколадная, а сам - подтянутый с выступающими мышцами. Он периодически переступал с одного копыта на другое и мотал головой. Я испытывала одновременно страх и восхищение, для меня маленькой он был просто огромным зверем. Брат все время норовил залезть на него и покататься, пытаясь загнать на коня и меня.
Потом коня уводили. Брали его лишь на время, потом за ним приходил хозяин. Конь послушно уходил.
Это были 90-е. Так странно сейчас видеть коня, тянущего повозку и работающего на земле.