- Вы закрыли все двери?
Слуга вытягивается передо мной по стойке смирно:
- Так точно, мой император и окна.
Киваю, тут же одергиваю себя, понимаю, что это не спасет, ни черта не спасет, тут хоть бункер строй, хоть обнеси себя сорока крепостными стенами, хоть что...
Вспоминаю что-то давно забытое, а вот, серебро, развешиваю на окнах серебряные подвески, слуга торопливо помогает мне, почему у него так трясутся руки, он даже не знает, что именно за опасность угрожает нам, да каким нам, мне одному, они придут только за мной... они... он... она... оно... не знаю, и не хочу знать... но чувствую, что узнать придется.
Ветер гонит за окном клочья того, что осталось от осени, мне так и кажется, что кто-то стучит не то в дверь, не то в окно, не то во все сразу, снова напоминаю слуге, чтобы никому не открывал...
- Да, мой император.
- Вы никого не приглашали сюда сегодня?
- Ни в коей мере, мой император.
- Вчера? Позавчера?
- Честное слово, я не помню... по-моему я никому не рассылал приглашений от вашего имени...
- ...и то хорошо... я умоляю вас... смотрите... смотрите в оба...
- Мой император, позвольте мне узнать, кого мы...
- ...я не могу вам этого сказать... но умоляю, не пускайте ни единую живую душу...
Посмеиваюсь насчет – живую, ну-ну, еще досмеиваюсь, когда жало вонзается мне в горло, странно, что жало, а не клыки, я это по-другому себе представлял...
.
...а он тоже такой же, говорю я министру, с чего вы взяли, не соглашается он, да обычный человек, ничего особенного – да как ничего особенного, не соглашаюсь я, вы посмотрите он сначала своего человека запускает, ждет, когда тот его пригласит - потом сам заходит, понимаете? Черт возьми, думаю про себя, есть тут хоть кто-нибудь не один из нас, походу, что уже и нет...
Какого черта вообще происходит, спрашиваю я себя, какого черта, почему мы все, кто за этим стоит, кому это нужно, - такое впечатление, что тот, кто это делал, сам не понимает, зем это нужно, или он хочет уничтожить весь мир, потому что только этого сейчас не хватало на грани войны, сделать нас всех...
.
...генерал низко кланяется – я теряюсь, я не знаю, что делать, неужели вот так просто укусить, нет, не кусать, там надо что-то другое – моя новая сущность подсказывает мне, что делать, я вонзаю жало, сам пугаюсь жала у себя во рту...
.
- ...как вы думаете, чем кончатся очередные военные походы? Ведь они, мягко говоря... отличаются от привычных нам?
Да, и более чем. Мне кажется, на этот раз мир стоит на грани такой катастрофы, какой мы еще не знали... и я даже сомневаюсь, будет ли вообще какой0то мир после этого...
.
...город закрывает врата, готовится к осаде, кто-то скептически хмыкает, какая тут может быть осада, когда полчища крылатой нечисти обрушатся на столицу, а другие полчища крылатой нечисти будут защищать столицу. Ветер полощет флаги на башнях, полощутся на ветру бесчисленные крылья, крылья, крылья, кто-то презрительно усмехается, а зачем тогда вообще крепостная стена, зачем врата, если им перемахнуть эти врата как нечего делать...
Крылатые полчища устремляются к стенам города...
Мир замирает, сгущаются снежные тучи, кажется, даже ветер перестает дуть, и флаги застывают в воздухе...
Крылатые полчища замирают, бессильно бьются о невидимую преграду, не могут преодолеть...
.
- ...что за черт вообще? Как вы можете это объяснить?
- Все очень просто... предельно просто...
- Да, и что же по-вашему – предельно просто?
- Они не получили приглашения...
- Кто они?
- Войска... вы понимаете...
- А с каких это пор, позвольте узнать, войска должны получать приглашения, чтобы напасть на другую страну?
- С тех самых пор, как они перестали быть людьми.
- Перестали быть... а ведь черт побери, вы правы... правы, как никогда... похоже, остается только одно...
.
- ...как вы думаете, чего нам ждать от новой эпохи без войн? Мир всеобщего благоденствия?
- Боюсь, что все не так просто, и в этом мире будет еще немало проблем... одно я могу сказать, больше никто не атакует чужие земли...