После восьми вечера на станичной улице делать нечего. Ночи на Кавказе тёмные, как вишнёвый сироп, и сгущаются так же быстро. Ночь начинается снизу, с земли, и странно видеть синее небо с одной-двумя ранними звёздами над антрацитовой, ослепшей деревней.
Ночь рождает тишину. Общую темень разбавляют разве что занавешенные окна. Свет от них бледный, акварельный, он не достигает чёрной дороги, по которой идёшь ты, одинокий, сопровождаемый шушуканьем бесстыжих цикад.
Время от времени попадётся магазин под ярким фонарём - оазис в общей темноте. На свет слетаются поздние прохожие, и обязательно приковыляет хромая равнодушная собака. Ни пса, ни людей ты не знаешь.
Да, после восьми лучше сидеть дома.
Если только тебе не плюс четырнадцать и ты не женихаешься. В этом случае тебе пригодится машина с яркими фарами. Нужно опустить боковое стекло, небрежно вывалить локоть и включить музыку погромче, чтобы все знали, что...
Я тебя жалею,
Я тобой болею,
Я от счастья млею
И тебя лелею...
Песня должна быть про любовь и душещипательная, чтобы все понимали, что хозяин машины - в поиске.
Обычно в станице известны наперечёт все юные красавицы. Однако знать рекомендуется не только саму избранницу, но и её отца, точнее, знать, крутого ли он нрава.
Возле девичьего дома мотор и серенады приглушаются. Машина должна вкрадчиво подползти по гравию и остановиться у скамейки. Поэзию ночных посиделок на лавочках, равно как и роль семечек в задушевном разговоре, никто не отменял. Ритуал известный - почти охотничий инстинкт. Кидаешь в окошко мелкие камешки, ждёшь в темноте под орехом и обязательно начинаешь разговор с ласкового, непринужденного "Ну чо?"
Машина является необходимым, но не достаточным атрибутом состоятельности жениха. Тем более, что обычно понятно, кому на самом деле принадлежит эта лошадиная сила.
Выше машины ценится верность (появляться надо почаще) и умение красавицу рассмешить. Собственно, так и завязываются отношения: ты шутишь, она смеётся. Ты шутишь ближе.
Иногда за девушкой увязывается младший брательник. Это козырь. Пацана можно посадить за руль машины и даже покатать, продемонстрировав симпатию и широту души.
Если беседовать тихо и прятаться на скамье под орехом, то соседи не проснутся и родители не встревожатся. Ночи тёплые и длинные, как девичьи косы, как сама молодость...
Поэтому вернёмся домой и стыдливо опустим завесу южной темноты над романтическим аспектом чужих ухаживаний.
Лишь последнее напутствие женихам: с цветами на лавочку не приезжают. Не принято.
