… из-за дувала встает дух с гранатометом и бьет по БТР командира 2 роты. Попадает в бок, как раз напротив командирского люка.
… После выстрела гранатомета со стороны ущелья начинается прицельный обстрел из ДШК.
… комбат громко кричал в шлеме по рации, докладывал результаты на КП полка, два "021", пять "300".
(подробности ниже)
Салам, дорогие мои Шурави, здравствуйте, уважаемые читатели!
Продолжаем публиковать воспоминания Игоря ГИВ из 345 опдп, автора повести «Однажды в Панджшере» и рассказов «Афганская школа. Уроки батальонного связиста», «345-й, Ферганский. Сергей Лукьянов», «345-й, Ферганский. Взвод связи 1 пдб 345 опдп», «Бой на КПП», «Первая операция», «Странная проческа», «Погорельцы», «Наш комбат», «Ургун», «Седьмой Панджшер», «Панджшер 84», «Медсанбат», «ДМБ-85», «Учебка», «Прощай Союз, встречай Афганистан», «Школа юных десантников», «Дорога в Гардез», «Становление офицеров на Афганской земле», «Армейский узел связи», «Вертолетная прогулка» и «Зимняя война».
КИНЖОЛЬ
Дорогие мои Шурави, уважаемые читатели!
Продолжение воспоминаний, описанных в статье «Афганские рассказы. Зимняя война».
После ночного спуска с хребта мы вышли в кишлак Киджоль к полковой броне и с рассветом двинулись колонной по ущелью «домой» (так мы называли постоянное место дислокации полка).
После бессонной ночи хотелось спать. Я разместился в БТР управления батальона. КШМ-ка «Сорока» на базе БМД новому комбату не понравилась, так как на гусеничном ходу и имела более слабое бронирование, чем БТР-70. Забрал комбат для себя БТР со 2-й роты, самый ухоженный, механик был хороший и очень любил свой БТР, холил его и лелеял, не как некоторые нерадивые механики-водители. Даже номер помню – «123». Взводный нам дал задание установить в нем еще одну дополнительную радиостанцию Р-123 и штыревую антенну. Комбату нашел где-то танковый шлем с двумя шнурами для подключения двух тангент. То есть в одном наушнике он прослушивал батальонную частоту, а в другом наушнике полковую частоту. Нажимая одну тангенту, давал по ларингофону команды ротам, а нажимая вторую, отвечал КП полка. Как он там понимал, кто о чем говорит при одновременных переговорах на разных радиостанциях, в одном ухе одно, в другом другое, не знаю. Зато комбат был доволен. При таком раскладе радисты были не нужны для обеспечения связи на броне во время движения, если только частоты перестроить. При этом комбат был все время на связи и никому не докучал.
Так вот, я где-то сзади пытался спать, но БТР был загружен хорошо, было некомфортно спать сидя, еще рядом сидел авианаводчик с авиаполка и все время до меня докапывался: «Ну чего вы десантники понтуетесь, что самые крутые. Я всегда до этого ходил с мотострелками, такие же солдаты, такие же задачи выполняют. Подумаешь в снегу поспали, ну что? Мотострелки не хуже бы справились». Я старался не реагировать, но спать он мне не давал, хотя все время был с нами и так же шел весь день и практически всю ночь к броне.
Броня нашего батальона шла в конце колонны. Понятно впереди саперы на своей технике, потом 3-батальон, КП полка, разведрота, САУ, хотя, по-моему, они разделились, две с саперами, а две или три в середине колонны перед нами. За ними БТР командира 2 роты, потом Урал, не знаю, что вез, следом наш БТР. Далее броня 2, 3, 1 роты, между ними периодически Уралы и техзамыкание, как положено в конце колонны.
Колонна вошла на очередную петлю, вправо уходит небольшое прилегающее ущелье, т.е. часть колонны его уже прошла и ушла за поворот спереди, часть колонны еще не дошла, находится за поворотом сзади.
По левую сторону колонны каменистый, относительно пологий обрыв, внизу река Панджшер, по правую сторону метрах в 5 уже начинаются дувалы, постройки и вверх по правому склону ущелья пошли плотно стоящие друг к другу дома кишлака. Название кишлака не помню. Ширина дороги - две машины не разъедутся. Дальний от нас склон отходящего ущелья и сама ложбина без домов, там виноградники.
В тот момент, когда на открытом пространстве находились две САУ, БТР командира 2 роты и Урал (наш БТР не успел еще выехать туда, был прикрыт последним домом кишлака) из-за дувала встает дух с гранатометом и бьет по БТР командира 2 роты. Попадает в бок, как раз напротив командирского люка. БТР так же заполнен воинами, по количеству мест. Командира роты, сразу насмерть, механик-водитель тяжело ранен, практически все остальные получают в той или иной степени ранения и ожоги. Толя, наш связист, который ходил с двойкой, ранен в колено.
После выстрела гранатомета, со стороны ущелья начинается прицельный обстрел из ДШК. Причем конкретно прицельный, видно ДШК где-то близко, но непонятно где. ДШК в клочья разносит кабину Урала, водитель ранен. Ребята, помогая друг другу, выбираются из БТР через левый нижний десантный люк и залегают за камнями на склоне к реке (но это не все так быстро, как пишется). Я сам ничего этого не видел, был под броней, описал события со слов ребят, кто непосредственно попал под обстрел.
Опишу дальнейшие события, как их помню. Все происходит как-бы одновременно, что вперед, что позже, не берусь оценивать. Сколько длилось по времени тоже.
Наш БТР остановился, я выбираюсь из люка на правую сторону, ротные ребята разбегаются вдоль переднего дувала кишлака, занимают позиции, готовые отразить атаку. Вижу метрах в 20, может 30, расстреливаемый Урал, далее еще метрах в 30, дымящийся БТР, далее одна САУ как раз начинает уходить с открытого пространства за поворот и уходит. Вторая САУ останавливается, разворачивает ствол в сторону ущелья, ДШК переключается на нее, я жду выстрел. Но САУ спокойно, не спеша, наверное, как может, поворачивает ствол прямо и тоже уходит за поворот. Вот и содружество родов войск.
Повторюсь, наш БТР прикрыт последним домом от ДШК, хотя над нами и летают пули, но понимаем, что это не опасно, мы в слепой зоне для него. Группа ребят с двойки и тройки пытаются проскочить к раненым, да где там, ДШК бьет очень прицельно, они тоже залегли, друг друга видят, на расстоянии метров 60-80, а сделать ничего не могут. По-видимому, нас сопровождали вертушки, возможно кружили где-то высоко над колонной. Появились практически сразу. Авианаводчик быстрее включать рацию свою, у них специальная со своими частотами. Рация не работает, он ее и так крутил и так и стучал, не включается и все тут. Вертушки над нами кружат, а что делать не знают, начали бить с курсовых пулеметов наугад по кишлаку и по отходящему ущелью. Комбат на связи с полком, кричит авианаводчику, включай рацию, свяжись с вертушками, они тебя не слышат, на КП полка тоже есть авианаводчик, он уже связался с вертушками, но корректировать не может, они за поворотом. Ну ладно, этот старлей видать парень не промах, говорит будем работать через него, я буду тебе говорить координаты, ты передавать на КП полка, а он вертушкам. Выдвинулся немного вперед и из-за дувала пытается засечь ДШК, начинает давать координаты и так по цепочке, вертушки сделали, может три-четыре захода, выпустили весь боекомплект и ушли, сказали следующая пара на подходе. Тут нашего авианаводчика что-то осенило. Он бежит к взводному, слушай, у летчиков есть запасная частота, я ее знаю, на нее можно выйти с вашей Р-107М. Дай связиста с рацией, а то из-за дувала ни хрена не видно, я так и не понял откуда он бьет, мы с радистом выдвинемся в кишлак поглубже, найдем хорошую позицию, я вычислю этот ДШК. Взводный, как-то с настороженностью на него смотрит, радисты все молодые, пришли только осенью. Можно было конечно мне и не вмешиваться, но я взводному говорю, давай я с ним пойду.
Быстро перестроили частоту. Комбат через КП полка передал летунам, чтобы перешли на запасную частоту. Я с ними проверил связь, все нормально, и мы пошли в кишлак. Шли ближе к окраине кишлака, продвинулись, наверное, метров на 200-300.
Вышли к околице, залегли за бугорком, начали вычислять ДШК. Ну непонятно откуда бьет и все. Все склоны осмотрели и тут понимаем, в чем дело. Прямо на против открытого пространства, где наших зажали, к горке (где-то на середине горы) прилеплены несколько построек. В одном из домов большое окно без рамы, метра 3 на 3, наверное. Присмотрелись, точно, ДШК установлен в глубине комнаты, скорее всего у самой противоположной стены, а большое окно ему позволяет держать сектор обстрела на все открытое пространство. Начинаем наводить вертушки, авианаводчик смотрит в бинокль, карту, говорит мне координаты, я передаю. Вертушки обложили НУРСами дом и справа и слева, и сверху, и снизу, а надо было попасть именно в окно, иначе он как в крепости. А тот еще и бьет им в лоб с ДШК, при их заходах, ничего не боится. Вертушкам приходится работать с большой высоты. Короче вертушки выпустили весь боекомплект, собираются уходить, говорят следующая пара на подходе. Авианаводчик берет у меня гарнитуру и говорит, крокодилов больше не надо, передайте первому, нужны грачи с "лютиком", здесь трындец полный, мужиков раненых не можем вытащить, надо согласовывать.
Может он сказал не «лютик», может «одуванчик», не помню, но не суть. Что СУ-25 по кодировке шел как «Грач», я знал, про «лютик» ранее ничего не слышал. Все-таки подошла пара МИ-24, еще их наводили, но результат тот же.
В эфире появились летчики СУ-25.
Далее, уважаемые читатели, хотите верьте, хотите нет, но пишу как помню, я это видел своими глазами и для меня все было именно так и никак по-другому. Не так давно что-то вспомнил про этот случай, перерыл весь интернет, но именно такой бомбы не нашел, были более современные, с парашютами.
Я спрашиваю старлея, что за «лютик». Отвечает сейчас увидишь, это секретная бомба. Применяется только в крайних случаях, по личному согласованию с командующим армии. Ну а теперь моли Бога что бы они не промахнулись, радиус полного поражения 200 м. Смотрю до дома, наверное, и есть 200 м, ну может 300, но это по моему глазомеру, а так хрен его знает. Заходит пара СУ-25, первый по указанным координатам бьет НУРСами, второй идет поодаль, по-видимому наблюдает, куда лягут. Летчик спрашивает, туда легли? Старлей отвечает, туда, подтверждаю атаку. На развороте, меняются местами и начинают заход. Заходят довольно-таки низко, от самолета что-то отрывается. Я реально вижу летящую вниз металлическую 200 литровую бочку, в которых топливо возили, хранили, ну никак не бомбу. Ну с учетом высоты, размеры мне было определить трудно, может это была 400 литровая, но бочка. За ней на небольшом расстоянии летит круглый диск покачиваясь, как будто, у бочки оторвалась крышка и сейчас ее пытается догнать, летит медленнее, плашмя как бабочка, покачивая краями.
Далее описать невозможно. Смотрел, не отрывая глаз за происходящим, а описать не могу. Одно могу сказать точно, что какого-то огненного шара не видел. Неожиданно, одновременно везде, и снизу и сверху и вокруг возникло белое облако. По конфигурации, как половина шара. Появление облака сопровождалось очень мощным взрывом, у меня чуть перепонки не лопнули. И все, и тишина, абсолютно полная, возможно с учетом того, что меня оглушило, а облако очень медленно начинает потихоньку рассеиваться. Край облака метрах в 50 от нас.
Еще хочу добавить, я подробности некоторые упускал. Когда мы лежали наводили вертушки, старлей мне говорит, передай борту (позывной вертушки не помню, у них был одинаковый позывной у всех, но дополнялся номером, типа Маргарита 21), пусть быстрее на второй круг заходит, скажи мужики погибают!!! Я на него смотрю, отвечаю, как я ему это скажу, он летчик, как я ему советовать то буду, может так надо.
А он мне на эмоциях, ни хрена так не надо, передавай!!! Я что, я радист, передаю. Вертолетчик мне отвечает, пошел на (типа куда подальше), я тебе что истребитель? И так работаем на пределе.
Я говорю старлею, ответ такой то, меня послали. Александр (старлей) меня спрашивает, какой борт? Я отвечаю 21. Он говорит, вот Витька сучара, приду в полк морду ему набью! Живем в соседних комнатах, привыкли мля в небесах летать, их бы в цепь разочек выпустить!
После удара СУ-25 ДШК замолк. Думаю, если кто из духов был вне зоны поражения, тоже побоялись больше вести огонь. Ведь здесь кишлак, а кишлак жалко. Где гарантия, что и по кишлаку таким же зарядом удар не нанесут.
Когда мы вышли к броне, всем раненым уже оказывали помощь и грузили под броню. Техзамыкание колдовало над БТР, сняли пулеметы или нет точно не помню, но две тротиловые шашки подорвали в двигательном отсеке, наверное, и пулемет подорвали, не знаю сколько времени бы заняло его снятие, торопились. Я закрепил рацию на наш БТР, где она и была до этого, там такая ступенька по длине борта, на нее ставили рацию и лямками крепили к поручню. Обычно там роты крепили ящики с патронами.
Поступила команда, всем под броню, начать движение. Наш БТР стоял первый и ему пришлось сталкивать с обрыва Урал и БТР. К чему это я?
Короче, когда остановились на ночлег в Анаве, рации там не оказалось. Радиостанция ушла в забвение, когда наш БТР прошелся своим бортом по подбитому БТРу, скрежет под броней мы слышали, но про рацию даже не подумали. Хреново конечно, взводный потом долго отписывался, сочиняя самые невероятные небылицы, типа рация находилась на борту подбитого БТР и граната прошла через нее.
Со мной рядом опять сидел авианаводчик Александр, когда прошли отходящее ущелье, комбат громко кричал в шлеме по рации, докладывал результаты на КП полка, два "021", пять "300". Кроме командира 2-й роты погиб еще от ДШК санинструктор двойки, он ехал в этом БТРе, его оглушило, посекло, но он невзирая на это перебегал от камня к камню, перевязывал раненых, колол промедол и его зацепило конкретно.
Авианаводчик мне говорит, я не ослышался, двое погибших и пять раненых? Я пожал плечами, сам же слышал, я знаю столько же. Он мне говорит, невероятно. Я думал человек 20 будет погибших. Да-а, теперь я понимаю, чем десантники от мотострелков отличаются. На этом тему закрыли. Мы уже с ним почти друзьями стали. На мой вопрос про "бочку" и "крышку" вот что рассказал.
Больших подробностей не знает, почему бомба в форме бочки тоже не знает, но такими работают с небольшой высоты. Она летит первая, за ней запал. Бомба при ударе о землю детонирует и распыляет аэрозоль в радиусе 200 м, он проникает во все щели. Запал падает позже, и неважно, где он упадет, лишь бы вписался в эти 200 м. Аэрозоль на доли секунды воспламеняется (чего я не увидел), все живое погибает. В этой зоне происходит взрыв с обратной взрывной волной, но она к существенным разрушениям построек не приводит.
Ближе к вечеру пришли в Анаву. В ночь дальше по ущелью не пошли. В Анаве стоял на постоянной основе второй батальон нашего полка. Переночевал у знакомых ребятам во взводе связи, у них в подразделении.
Утром двинулись дальше, в полк.
***
Мое умозаключение: использование бронегрупп в узких ущельях несмотря на крупнокалиберное вооружение БТР и БМД неэффективно. При выходе с первого Пишгора, а тогда выходили на броне 682 МСП, бронегруппа тоже попала в подготовленную засаду. Потеряли МР (машину разминирования) или БТС (бронетранспортер саперный), называли по-разному, подрыв на мощном фугасе. Также были потери воинов в 682 полку и в нашем.
Более эффективны были тактические вертолетные десанты. А бронегруппу для поддержки можно было вводить в ущелье при условии занятия господствующих высот в округе.
Всем мирного неба!
***
Далее информация от Игоря Александрова.
Дорогие Шурави и мои уважаемые читатели, у меня просьба, если открыли мою статью, продержите ее хотя бы одну минуту.
Если статья вам понравилась, то:
1. Поставьте лайк.
2. Поделитесь статьей с другими социальными сетями.
Для этого надо нажать на стрелочку «Поделиться» вверху или внизу слева.
Появятся значки других социальных сетей.
Отправьте статью.
Тогда Дзен будет «крутить» в «ленте» мои статьи чаще, больше людей сможет ознакомиться с Афганской темой.
Перечень большинства моих работ приведен в статье «Библиография Игоря Александрова».
Все фотографии взяты из открытых источников.