Знаете ли вы, что это такое — всю жизнь в одном и том же доме сперва с родителями, а потом — с мужем и детьми? Знаете?
Хорошо, спрошу иначе.
Знаете ли вы, что такое — жить в одном и том же доме, из которого съехала твоя мама? Не знаете?
Сейчас расскажу.
Начну издалека. Когда-то давно мой папа сказал такую фразу:
- Хочешь, чтобы о чём-то узнал весь район? Расскажи об этом маме.
Эта фраза описывает маму чуть лучше, чем идеально. Она до сих пор может рассказать, как звали того неприятного мужчину с мерзкой рыжей собачкой, тявкающей на прохожих, в каком доме через пять улиц он жил, почему развёлся и сколько ещё прожила собачка после его смерти.
Каждый месяц, в день маминой получки, у нашего забора выстраивалась очередь. Честное слово, я так и не понимаю, как маме удавалось на свою крохотную зарплату не только кормить и одевать меня, но и кредитовать соседей.
- Люда, последний раз занимаю, - отчитывала мама соседку, - ты ко мне как на работу ходишь! Чтоб через неделю отдала!
Жизненная позиция у мамы всегда была активная. Где-то соседи поругались? Надо туда срочно сходить, без неё ведь не разберутся. Ниже по улице опять кто-то не прав? Сейчас сходим, порешаем. Собрать подписи? Настрочить жалобу? Устроить разборки с водоканалом? Отчитать дорожников? Мама везде была в первых рядах!
Понимаете, да, почему меня до сих пор называют не Ксюхой, а Надиной дочкой, а моих детей — Надиными внуками? А потому что Ксюха — это голозадая малышка, которая носится по огороду и верещит, как сирена. А вот эта тридцатидвухлетняя сварливая женщина, у которой уже трое своих детей, это — Надина дочка.
И точка.
В общем, десять лет назад мама переехала в другое место.
Там она, конечно, обзавелась новыми знакомыми, но и про старых соседей не забыла. Точно так же и старые соседи не забыли про маму и долго не могли смириться с тем, что теперь я за неё.
Примерно год, по старой памяти, раз в месяц у нашего дома выстраивалась очередь, которой я из окна кричала, что денег тут больше не занимают. Ещё год местным понадобился на то, чтобы смириться — новости по району разносить больше некому.
И вот теперь представьте, что ты уже очень давно не живёшь с мамой, но что бы у тебя ни случилось, мама всё-равно об этом узнает, потому что доложили. Узнает и примчится, чтобы встать на защиту твоей чести и достоинства.
Текст написан 6 апреля 2022
В прошлую пятницу нас затопило талой водой, потому что сосед прорубил канавку прямо в наш двор. Соседу я, конечно, звездюлей раздала, канавку в другую сторону вырубила и даже забыла про этот случай.
Но, я-то забыла, а вот сосед с другой стороны — нет. Он позвонил маме и сообщил, что меня, Надину дочь, посмели обидеть.
Да, сказал сосед, твоя дочь орала матом. Да, было страшно.
Но, Надя, пойми сама — что она там может наорать? Вот ты бы если орала, так другое дело! Там бы с другой улицы прибежали с поварёшками воду из твоего двора черпать! А дочь твоя — ну поорала немного. Но ведь видно же — обидели девку! Ты уж приди, разберись. А то снег ещё не весь стаял, а канавку она прорубила — тьфу там, а не канавка.
Ну и, в общем, сегодня с утра тут у меня настоящая движуха. Затопившие наш двор соседи, скромно опустив головы, стоят перед мамой и слова вставить не могут. С соседних домов сбежалась толпа, крик, шум, гам — похлеще, чем на демонстрации.
Я так подозреваю, что сосед, который маме позвонил, просто долго ностальгировал по тем временам, когда тут не только Надина дочка жила, но и сама Надя.
А я что, спросите вы?
А я — ничего. Я дома сижу, даже не выходила. С детства ещё уяснила, что детям нечего во взрослые разборки лезть. Вот я и не лезу.