Фильм 1961 года с названием, которое вынесено в заголовок данного материала, является самым примечательным из западногерманских триллеров той поры, которым мы посвятили несколько статей («В пятницу в половине двенадцатого», «Зал ожидания на небеса»).
Опять это было творение студии «Риальто Фильм». Опять режиссером был Альфред Форер. Опять невротичного эпизодического персонажа играл «молодой» Клаус Кински. Хотя в отличие от прочих подобных фильмов эта лента оказалась с «историей».
Её можно полагать ремейком британского фильма 1939 года (фактически прото-нуар), в котором главная роль была отведана легендарному Бела Лугоши (только глаза в названии были «чёрными»). В итоге повторная экранизация повести Эдгара Уоллеса, написанной ещё в 1921 году, оказалась настолько успешной, что вызвала настоящую волну «подражаний».
Под впечатлением этого фильма «маэстро эксплойтативного кино» Хесус Франко создает «Ужасного доктора Орлофа». А несколько лет спустя сам же Форер делает фактический самоповтор в ленте «Горилла из Сохо». А многие десятилетия спустя часть элементов была воспроизведена Стивеном Содербергом в «Кафке», хотя это было не дословное цитирование, а импровизация.
То есть «Мёртвые глаза Лондона» являются очевидной переходной формой от классического нуара к джалло. Хотя это далеко не самое важное в указанной ленте. Интересен тот мрачный колорит, который был создан в кадре.
В привычном триллере нам говорят, что оказавшийся в сложной ситуации незрячий персонаж использует с выгодой для себя тьму (от «Дождись темноты» до «Дженнифер 8»). Однако кто сказал, что подобная ситуация может использоваться лишь положительными героями?
По сюжету фильма под покровом ночи на тёмных улицах британской столицы орудует слепой убийца, который странным образом выбирает себе жертв. Мало того, что они также плохо видят, так ещё и обращаются в одно и то же страховое агентство.
Впрочем, вся эта серия злодеяний выглядит как череда несвязанных между собой несчастных случаев. Но разве это может ввести в заблуждение обладающего удивительной интуицией инспектора Скотланд-Ярда? Впрочем, одних подозрений тут недостаточно.
А потому нужны неопровержимые доказательства, для чего детектив решил окунуться с головой в мир незрячих людей, дабы понять, как они живут, какова логика их поведения. Собственно расследование перемежается изображением всякого рода сомнительных мест, в коих обитают не менее сомнительные действующие лица, что собственно можно полагать «эхом ушедшего нуара».
Некоторые из девиц кажутся точь-в-точь роковыми красотками из привычного мрачного жанра, но есть одно НО… Не они определяют суть сюжета - как почти во всех фильмах «немецкой волны» речь пойдет о гениальном злодее. Как с таковым могут тягаться какие-то прожигательницы жизни?