Найти в Дзене
greenlampbooks

Гарри Поттер моего детства — это Кэтрин Патерсон. Просто я древняя-древняя, и когда была мелкой и читально-любопытной, Поттера еще не было

Гарри Поттер моего детства — это Кэтрин Патерсон. Просто я древняя-древняя, и когда была мелкой и читально-любопытной, Поттера еще не было. Честно говоря, и Патерсон-то особенно не было, две с половиной книжки в жутких обложках, но в самое сердечко. Скорее всего вы знаете ее по «Мосту в Терабитию» (если не читали, то хотя бы смотрели, фильм довольно неплох, но книга пронзительней). Но я больше люблю «Великолепную Гилли Хопкинс» (и очень хочу посмотреть экранизацию, но сидов всё нет и нет). Тут я хотела бы объяснить, про что эта книга, но это испортит удовольствие, если вы вдруг поверите и проверите её охренительность. Так что будет пазл: представьте себе гарепотера, но без магии и с более глубокой проработкой характеров, по эмоциям бьёт как «Белый Бим, Чёрное Ухо», но при этом нельзя сказать, что всё плохо и хочется помереть после прочтения, потому что в тонких оттенках нюансов Патерсон умудряется прописать в грустные вещи много-много теплоты. И я вот так даже не скажу с разбега, хоро

Гарри Поттер моего детства — это Кэтрин Патерсон. Просто я древняя-древняя, и когда была мелкой и читально-любопытной, Поттера еще не было. Честно говоря, и Патерсон-то особенно не было, две с половиной книжки в жутких обложках, но в самое сердечко.

Скорее всего вы знаете ее по «Мосту в Терабитию» (если не читали, то хотя бы смотрели, фильм довольно неплох, но книга пронзительней). Но я больше люблю «Великолепную Гилли Хопкинс» (и очень хочу посмотреть экранизацию, но сидов всё нет и нет).

Тут я хотела бы объяснить, про что эта книга, но это испортит удовольствие, если вы вдруг поверите и проверите её охренительность. Так что будет пазл: представьте себе гарепотера, но без магии и с более глубокой проработкой характеров, по эмоциям бьёт как «Белый Бим, Чёрное Ухо», но при этом нельзя сказать, что всё плохо и хочется помереть после прочтения, потому что в тонких оттенках нюансов Патерсон умудряется прописать в грустные вещи много-много теплоты. И я вот так даже не скажу с разбега, хороший ли финал у книжки или нет. Он очень жизненный и куда более взрослый, чем мы привыкли позволять подросткам обдумывать.

К чему это я? Да вот просто решила прочитать эту книгу в оригинале (на самом деле из-за рифмованной расистской шутки, мне было интересно, как она звучит на английском), а в итоге выпала из жизни на несколько часов и вся такая уууу. Терабития — слабовата по сравнению с Гилли (по моему мнению, само собой).

А ведь Патерсон написала ещё пару десятков книг для умных и чувствующих подростков, но всё непереведённые. Может быть, ещё напишет. В конце концов, девяносто лет — новые девятнадцать.