Август для меня всегда особенное время. Немного грустное, немного терпкое. Зрелое лето.
Когда жив был дед, именно в августе мы ходили за грибами. В самом конце, на излете, когда после хороших дождей начинали показываться из-под листвы и иголок благородные подосиновики, подберезовики, белые. И грузди. Грузди положено было собирать в одной неприметной ложбинке у заброшенной лисьей норы. Там они были чудо, как хороши.
Изредка мы ходили с отцом. Или же втроем-вчетвером, взяв заодно и сестру.
Иногда белых не находилось, и тогда мы притаскивали полные корзины маслят. Маслята мало кого радовали, но деваться было некуда.
У августа особый, чуть подсушенный запах трав и урожая. Это запах томатной ботвы и помидоров с грядки, яблок и спеющих слив. И сливового варенья, которое варили тут же. Это сладость только что выкопанной из земли задорно-оранжевой морковки и поход на колхозное поле за кукурузой. И томительное ожидание того момента, когда же она, наконец, сварится!
И сбор картошки это тоже август. Уже самый конец, перед школой.
Ах, да, август - это Леониды. С дедом мы просиживали на крылечке до поздней ночи и смотрели, как падают нескончаемые метеориты… Дед показывал созвездия и рассказывал о звездах. И о том, как они с бабушкой радовались первому полету человека в космос. И как следили за спутниками. А еще мы обсуждали непонятные мне места из “Сказки о тройке” Стругацких. Дед говорил, что без знания контекста я не пойму эту книгу, а я очень хотела понять и понимать.
А еще август - это мед. Теплый, даже горячий, в полупрозрачных сотах. Он стекает по пальцам и капает на подставленную тарелочку. И нет ничего вкуснее этого сотового меда. А еще его можно мазать на белый свежий хлебушек и пить с горячим, пахнущим душицей и чабрецом чаем.
Август это сладкие арбузы, полежавшие в тазу с холодной водой. Прохладные, сочные, трескающиеся от одного прикосновения ножа. И сахаристые, пахучие дыни.
А еще в августе привозили свежесбитое подсолнечное масло. Я не знаю, пробовали ли вы когда-нибудь масло, которое вот только что, буквально час-два назад, еще было семечкой? Это божественно! Его можно есть прямо так, макая в него черный, чуть подсоленный хлеб. Но именно сейчас, только сейчас! Пройдет немного времени - две недели-месяц, и в масле выпадет осадок, и тогда оно потеряет свою необыкновенную душистость и вкус.
Да, это будет хорошее масло, вкусное масло, но не то, совсем не то. Многое со временем теряет свою притягательную сущность.
Август это маленькая жизнь. А тот далекий август, это и есть - вся жизнь…