Можно говорить все, что угодно, но надо отдать должное Татьяне Булановой -- она, действительно, весьма интересный персонаж на нашей эстраде. Многие артисты 90х не смогли победоносно войти в нулевые и вписаться в контент, а Тане это удалось. В 2000 году, оглядевшись по сторонам и осознав, что рыдания больше не вписываются в современное время, артистка записала совместный альбом с неким диджеем Цветковым и дала второе дыхание собственному творчеству. Правда, за год до этого была еще одна попытка начать производить кардинально новый контент, но она провалилась. Об этом я расскажу далее. Также поясню почему считаю, что творчество Булановой -- это не 4 разных периода жизни на сцене, а всего два.
История сбора затопленных слезами стадионов начинается с того, что в самом начале 90х Татьяна попала в группу "Летний сад". Про "Летний сад" никто уже давно не помнит, а рыдающую вокалистку помнят все. Первый альбом команды был еще бодреньким и включал в себя очень разные песни. Это правильно: никогда не знаешь, что выстрелит. Оценив голос вокалистки, напоминающий по тембру стенания плакальщиц, один из участников "Летнего сада" пишет хит "Не плачь" и, буквально, открывает ящик Пандоры. Популярные треки превращают музыкантов в заложников одной стилистики: если публика требует одну и ту же песню по 20 раз за концерт, приходится писать 20 таких же. Так, альбом "Старшая сестра" превратился в одно сплошное стенание о несчастной любви. Вплоть до середины 90х Татьяна рыдала, а с ней рыдали поклонницы, за что артистку прозвали "плаксой". Можно сказать, Буланова в тот момент стала заложником собственного образа. Безответно влюбленная девушка, мать-одиночка, брошенная женщина -- так выглядели героини песен артистки.
В 1996 году Таня начинает петь более жизнерадостные по звучанию композиции ("Ясный мой свет", "Мой ненаглядный), но всё равно где-нибудь, да всплакнёт ("Стерпится-слюбится, "Чужая свадьба"). Я не считаю уход от откровенной беспросветности в сторону более танцевальных хитов новым периодом по той причине, что беспросветность осталась -- просто ее разбавили. Сладкую пилюлю, добавленную в целую горсть горьких таблеток, полноценным периодом назвать сложно. Это эксперимент, который должен был показать живучесть желания Булановой исполнять нечто другое. Как вы все понимаете, кардинальная смена образа -- опасный шаг, который поклонники зачастую не оценивают. Старые фанаты уходят, потенциальные помнят тебя, как плакальщицу, и не видят ни в чем другом: по итогу, приходится петь перед пустым залом.
Впрочем, артистку можно назвать не столько заложницей образа, сколько заложницей тембра голоса. Ну вот такой он: поет Татьяна про весёлое, а выходит невесело. И хоть что с этим делай. Новый период в творчестве Булановой связан с работой с новым композитором и диджеем Цветкоff: появились танцевальные композиции. Впрочем, мода на них прошла и в 2004 году певица выдала привычное: "Белая черемуха, скажи, чем я хуже той, другой?" Артистка перестала рыдать на сцене, но оставила за собой исполнение преимущественно жалостливых песен про несчастную любовь.
За время творческого пути, Буланова успела поучаствовать в более альтернативных проектах. В 1999 году, переименовавшись в ТаБу, Татьяна выпустила альбом "Стая" в стиле поп-рок. В любом жанре важно уметь передавать эмоции: если эмоции переданы неверно, итог работы получается неубедительным. Именно это и случилось с попыткой попробовать себя в новом амплуа. Чуть позже артистка спела "Дожди-пистолеты" с Ромкой Зверем: специфично вышло, но неплохо. На любителя большой экзотики. В 2002 году Буланова снова пошла на эксперимент, исполнив три песни на альбоме группы Кардинал. Все композиции, кроме одной, -- каверы. Так, Татьяна посягнула на Sonne небезызвестного ансамбля Rammstein. Очень страдательно, я вам скажу. Особенно, учитывая андеграундный "гаражный" звук записи. Я также не считаю творческие искания Булановой в роке отдельным периодом, так как единственный альбом с крайне низкими продажами -- это просто пробы себя в чем-то новом.
Подводя итоги, хочу сказать, что Татьяна молодец: она умеет экспериментировать, не боится новых форматов. Конечно, страдательные песни про любовь в стиле "не могу тебя забыть 150 лет" очень даже на любителя, но, видимо, были актуальны для своего времени, раз народ слушал и до сих пор вспоминает с ностальгией. Образ, придуманный еще на заре карьеры Булановой ее коллегами, оказался вполне живучим, хотя, в определенный момент, от тотальной беспросветной безысходности всё же пришлось отказаться.
Спасибо за внимание! Ставьте лайки, подписывайтесь! Жду завтра и во все другие дни!