Лет 20-25 назад нам, всем фотографам-анималистам, приходилось снимать птиц на фотопленку. Если кто-то не помнит или не застал этого времени, то поясню-напомню: для отечественных ч/б пленок ISO 64, ISO 125, а для импортных ISO 100, ISO 200, это считалась «нормальная» светочувствительность. ISO 400 – это уже была высокочувствительная пленка. Для примера, сейчас мой Никон D 4 позволяет увеличивать ISO матрицы до 12800, а ISO 1600 вполне рабочее значение
Раньше проблемы с низкой чувствительностью накладывали ограничение на время съёмок. Фотоохотники чаще всего снимают длиннофокусными объективами движущихся быстро животных, поэтому необходимо ставить короткую выдержку. Если ранним утром или в вечерних сумерках увеличивать выдержку более 1/100 секунды, то на пленке получается микросдвиг и обычно такой кадр бракуется после проявки. Снимать при недостаточной освещенности – не имело смысла. Поэтому фотографировать в рассветных сумерках не получалось и на токах приходилось терпеливо дожидаться восхода солнца даже когда птицы были рядом с укрытием. Первый раз интересно наблюдать и фиксировать в дневник, что происходит на токовище. Но в 10, 20, 50 раз уже знаешь что будет и «на слух» можно сказать кто из птиц прилетел и где они находятся. Сидишь и слушаешь…
Дело было на тетеревином току в Тверской области. Фотограф на токовище ведет себя подобно охотнику: он заранее прячется в шалаш и караулит, ждет прилета птиц. В апреле тетерева прилетают на токовище в 3 часа ночи. Они в темноте чуфыкают, затем начинают бормотать. Когда утренний свет позволяет рассмотреть хоть какие-то детали – тетеревиный ток уже в разгаре. Но фотографировать нельзя, потому, что не хватает света. Причем тетерева рядом, они бормочут прямо за стенкой палатки-скрадка. Уже несколько дней я наблюдал утром эту картину: иней на прошлогодних сухих стеблях трав, пар из клювов разгоряченных птиц, фиолетово-черные «шары» силуэтов тетеревов на фоне почти белых прошлогодних стеблях бурьянов. В съемочной палатке, в спальнике, я проводил всю ночь, расположившись на уютной туристической «пенке». Вечером забираешься внутрь, а утром ты уже на месте – только снимай птиц. В тот день, проснувшись от первых звуков «бурлящего» тока, я долго вглядывался в темноту. Доставать фотокамеру и устанавливать на штатив – бесполезно, но можно записать на магнитофон голоса рядом токующих птиц. Это точно, тогда ещё мы записывали звук на пленочный «девайс». Я вставил чистую кассету, воткнул в разъем выносной микрофон и включил запись. Но как же хочется спать в эти ранне-утренние морозные часы.
А мысль о том, что нужное дело производится само собой без моего участия успокаивала. Я проснулся от щелчка «автостопа» - кассета кончилась, полностью записавшись. Видимо прошло 45 минут и стало светлее заметно светлее - можно начинать фотосъемку. Но тетерева изменили свое поведение. стали не такие бойкие, как в предрассветных сумерках. Они теперь отошли подальше и уже не дерутся – ничего интересного. Уже встало над горизонтом солнце и самцы стали разлетаться.
Дома я внимательно прослушал свою запись с тетеревинного тока. Первые минуты на ней отличные – птицы громко чуфыкают и бормочут. Но потом какие-то странные звуки стали все чаще и чаще мешать записи. Звуки волнами накатывались и затихали. Они усиливались и затем заглушили тетеревов… Так это же мой храп! Мне казалось, что я немного прикорнул «вполглаза», но оказалось, что сон был капитальный. А моя аудиозапись была испорчена.