Много слышал о великом московском ресторане «Прага», в котором пировали Илья Репин и Иван Бунин и обедали Владимир Маяковский и Александр Родченко. О «Праге» писали стихи, упоминали ее в романах, ей посвятили настоящий шоколадный торт. Девелоперские бои за «Прагу» длятся уже больше 10 лет и превратилась в захватывающий боевик, за которыми с интересом следят журналисты и краеведы. Наталья Кострова собрала вместе несколько впечатляющих историй и фактов о ресторане.
«Брага»
Место никогда не пустовало. Первое капитальное строение, от которого сегодня остались лишь глубокие каменные подвалы, появилось в начале Арбата еще в XVII веке. Известно, что это был двухэтажный дом, на первом этаже которого размещались торговые ряды и трактир. В 1872 году им владела Вера Фирсанова — предприимчивая москвичка, которая умело распорядилась огромным наследством, доставшимся ей от отца. К трактиру Вера Фирсанова, впрочем, отношения не имела. Им занимался ее муж, офицер Алексей Ганецкий, который также отремонтировал Сандуновские бани, сделав их такими, какими мы их знаем сегодня.
Трактир в Фирсановском доме, в основном, посещали извозчики, у которых на Арбатской площади была стоянка. Еда была дешевой. Название «Прага» появилось случайно. В Москве уже тогда считалось хорошим тоном называть заведения в честь иностранных городов. Для большинства посетителей названия «Дрезден», «Париж», «Берлин» или «Вена» были просто набором звуков — побывать в Европе ни у кого из них не было ни единого шанса, — но «Прага» удивительно хорошо рифмовалось со словом «брага». Так трактир и называли. А в 1896-м «брагу» выиграл на бильярде купец Семен Тарарыкин. С этого момента история места стала интересней.
Фаянсовые головки Беатриче и колоннада Эрихсона
Семен Тарарыкин был человеком дальновидным. Верно рассчитав потенциал заведения — рядом Арбат, Поварская улица, Бульварное кольцо, — он выгнал из «Праги» извозчиков, побелил стены, переодел лакеев в накрахмаленные косоворотки и наладил кухню. Когда в начале 1900 года он пригласил архитектора Льва Кекушева на обед, чтобы заодно предложить ему переделать здание, в «Праге» подавали икру и шампанское. Фирменным блюдом были расстегаи «пополам» — из стерляди с осетриной. И единственное, что не удовлетворяло гостей - обстановка. «Расположение на зависть, — жаловался купец, — а на фасад взглянешь — всякое желание зайти пропадает». Известно, что Кекушев в то же время строил «Метрополь», но то ли любовь к Арбату была такой сильной, то ли обед, которым его угостил Тарарыкин, таким вкусным, — в общем, он согласился.
«Прага» вновь открылась в 1902 году. Кекушев стал одним из первых архитекторов, решившимся на эксперимент по зонированию пространства. Весь ресторан был поделен на шесть обеденных залов, 18 кабинетов (причем часть — для деловых переговоров, часть — для романтических свиданий), террасу, два буфета и четыре бильярдных. Повсюду блестели светильники и люстры, а парадную лестницу украшали фаянсовые головки Беатриче. Все было идеально, но Тарарыкин решил перестроить «Прагу» еще раз: в 1914-15 годах архитектор Адольф Эрихсон достроил еще один этаж с колоннадой, за которой находилась открытая терраса с видом на площадь.
Чехов, Бунин, Толстой
«Прагу» быстро раскусила московская интеллигенция. Писатель Борис Зайцев называл этот ресторан «сладостным магнитом». В «Праге» Антон Чехов праздновал постановку «Чайки» в МХТ, а Илья Репин устраивал банкет по случаю восстановления полотна «Иван Грозный убивает своего сына» после того, как ее порезал иконописец-старообрядец Абрам Балашов. Иван Бунин отмечал в «Праге» получение Пушкинской премии (самой престижной литературной награды в дореволюционной России — Прим. ред.), Лев Толстой — устраивал публичные чтения романа «Воскресение». Музыканты из Московской консерватории проводили на террасе «рубинштейновские обеды», а члены Общества истории и древностей Российских — собрания, на которых председательствовал историк Василий Ключевский. В «Окаянных днях» Бунин описывал ресторан перед самой революцией: «Весна семнадцатого года. Ресторан «Прага», музыка, людно, носятся половые. Вино запрещено, но почти все пьяны. Музыка сладко режет внутри». А осенью началась уже совсем другая история.
Маяковский, Родченко, Ильф и Петров
После революции «Прагу», как и большинство ресторанов, национализировали и закрыли. К идее общепита вернулись лишь в 1924-м, когда «Прага» стала столовой «Моссельпрома». Посетители, впрочем, оставались примерно теми же. Художники, поэты, писатели, актеры — Максим Горький, Сергей Есенин, Лиля Брик, Александр Родченко и Владимир Маяковский — с удовольствием ходили в бывшую «Прагу». Маяковский о ней так и писал: «Поэт, художник или трагик, / забудь о днях тяжелых бед. / У «Моссельпрома», в бывшей «Праге», / тебе готовится обед». Илья Ильф и Евгений Петров отправили в «Прагу» персонажей романа «Двенадцать стульев» — Кису Воробьянинова и Лизу. «После недолгих уговоров Ипполит Матвеевич повез Лизу в образцовую столовую МСПО «Прагу» — лучшее место в Москве, как говорил ему Бендер». Снова ресторан закрылся в 1934-м. Проблема была в том, что Сталин ездил из Кремля на дачу по Арбату мимо «Праги», где происходило невесть что. После закрытия в доме разместили кинотеатр «Темп», библиотеку, магазин книг, и лишь небольшое помещение отвели под столовую и кормили там сотрудников НКВД.
Устрицы, кнедлики и шпикачки
Еще раз «Прагу» перестраивали в 1955-м. По проекту архитектора Бориса Соболевского укрепили конструкции и обновили интерьеры, для чего специально приглашали мастеров из Чехословакии. В ресторане в те годы работали семь залов — «Чешский», «Купольный», «Бирюзовый», «Белый», «Ореховый», «Музыкальный» и «Новопражский», — шесть кабинетов, два зимнего сада, ротонда и летняя веранда. Кухня по советским меркам была шикарной — в «Праге», к примеру, готовили устрицы. В одном из залов — как раз в «Чешском», — в меню были кнедлики, шпикачки и другие традиционные блюда Чехии.
Начальник кондитерского цеха
В советские годы в ресторане «Праге» работали лучшие повара Москвы. На первом этаже находился кондитерский магазин с собственным производством. В 1955 году на работу туда вышел 16-летний Владимир Гуральник. Он был потомственным кондитером — папа готовил сладости в ресторане «Москва», мама в «Будапеште», — поэтому довольно быстро вошел во вкус. По воспоминаниям Гуральника, «выписанный из Чехословакии мастер три месяца учил советских поваров печь популярный одноименный торт». Спустя время оригинальную рецептуру молодой кондитер значительно улучшил, и вскоре именно его «Прага» стала знаменитым на весь СССР тортом. В магазин при ресторане выстраивались очереди. Ежедневно цех выдавал около 30 больших «Праг» весом по два кг и втрое больше «Праг» маленьких весом по килограмму. Всего кондитерский цех производил 35 видов тортов (в том числе не менее знаменитое и тоже придуманное Гуральником «Птичье молоко». «Плюс 15 тысяч пирожных в месяц», — объяснял кондитер в интервью журналу «Коммерсант-Деньги» в 2007 году.
В середине 1990-х годов мэрия Москвы продала «Прагу» знаменитому владельцу Черкизовского рынка Тельману Исмаилову. В 2019-м здание за 1,4 миллиарда рублей выкупил совладелец другого рынка, Черемушкинского, Мирослав Мельник. Последняя новость была в июне 2022 года: власти Москвы в очередной раз одобрили реставрацию и приспособление под современное использование «Праги». Но пока все решения остаются лишь на словах и на бумаге.
***
Подписывайтесь на СысоевFM в Дзене и Телеграм: будет еще больше новостей и скидок.