Мой дедушка, Виктор Андреевич Зубахин, рассказывал, что во времена ВОВ (он тогда еще был мал), смотрел на гитлеровцев, захвативших дом его семьи, и думал, что вырастет, сядет в самолет, и всех их победит. Последнее он сделать не успел, к тому времени от Третьего Рейха старшие товарищи не оставили уже и камня на камне. Но летать, поднимать в небо истребители, крылатые воплощения непобедимой мощи, хотелось больше всего на свете.
Родители пророчили ему судьбу пасечника и спокойную жизнь в родной станице. Незачем отвлекаться на какие-то там самолеты. Но, став юношей, он поступил в 10-ю спецшколу ВВС в Ростове-на-Дону и ее окончил. Затем окончил Сталинградское военное училище летчиков. Стал летать на самолетах, освоив многие из них – Як-18, Як-11, МиГ 15, 17, 17лф, 19п, 19с. Был командиром звена в 562-м истребительном авиационном полку.
В 1961 году его матери приснилось, что ее сын стоит в поле, а поле вокруг него объято огнем. Она была необычной, мудрой женщиной и к ней в станице многие приходили за советом. И вот она чувствовала, что сын ее в большой опасности. Так и было. Ночной полет на МиГ-19с, неисправность самолета... Дедушка сумел посадить эту птицу уже горящей. Чудом он вырвался из кабины и покинул самолет перед самым взрывом. И уцелел. Сильно обгорели руки и обгорело лицо, ранения. С тех пор ему уже нельзя было летать – здоровье не позволяло. И хотя дедушка до самых 90 лет был очень крепок, уже тогда, в молодости, ему пришлось расстаться с небом и штурвалом истребителя.
Он не стал унывать и продолжил военную службу уже на земле. Был старшим штурманом наведения, побывал в разных городах СССР, служил в Египте в должности оперативного дежурного КП Главного военного советника министра обороны ВС Египта. Окончил службу в звании полковника.
После военной службы прожил еще целую гражданскую жизнь. Забота о внуках, о правнуках, о любимой жене. Всегда был спокойным, сильным и в то же время мягким, добродушным. Никогда я не ловил себя на мысли, что мой дед вояка, в том смысле, что в его доме никогда не было какого-то военного порядка и никто не ходил по струнке. Все вокруг знали его как доброго, приветливого и щедрого человека. Ко мне он всегда относился с особой мягкостью.
Иногда он встречался с выпускниками своей учебки. Они, наверняка, долго обсуждали всё, что бывало в молодости, говорили о том, как оно теперь, какие у них внуки, может быть шутили про жен, но так, с уважением. Говорить о былом, о лучших моментах, всегда интересно, особенно когда впереди вряд ли ждут новые полеты.
Однако, в один из осенних дней, мой дедушка вновь сел за штурвал того самого МиГ-19с. 19й - знаковая модель своего времени, советский реактивный истребитель второго поколения, а конкретно «с» снаряжался тремя пушками НР-30 и обладал цельноповоротным стабилизатором. Дедушка сел за штурвал того самого МиГа, что сгорел дотла в 1961 году. Удивительно, но истребитель был целехонек и буквально сам рвался в полет, приветствуя пилота ослепительным сиянием корпуса. Виктор Андреевич поднял самолет и устремился в небо, оставляя город и землю всё ниже и ниже. Слышно было только восторженный рев мотора и, наверное, ветер где-то за бортом, который вряд ли мог угнаться за этими крыльями. Дедушка летал без приказа и без цели, вспоминая маневры, так легко дававшиеся в молодые годы. И все они вспоминались, удавались, а машина идеально повиновалась каждому движению тела.
Волновался, но страх того, что кожа или мышцы не выдержит напряжения, быстро исчез. Его заменила чистая эйфория. А если присмотреться, руки, обгоревшие и зажившие позже, теперь были как новые, они были такими как в молодости.
И он летел, летел, поднимаясь в облака, опускаясь ниже, закручиваясь под 360 градусов. Счетчик топлива, сколько бы не продолжался полет, оставался на максимуме, обещая, что в небе можно быть сколько угодно. Дедушка мельком взглянул вниз и, улыбнувшись, повел МиГ-19с куда-то совсем высоко. Куда-то, куда до сих пор летать не приходилось, и вы вряд ли сможете разглядеть эти высоты даже с помощью телескопа. Свет впереди только усиливался, приветствуя МиГ-19с и его опытного пилота.
И где-то там, очень высоко, можно было за одним столом наконец-то собраться со всеми своим товарищами. Обсудить, как они учились в спецшколе, о чем мечтали и о том, как мечты превращались в решения, а затем в жизнь. Как они повстречали своих жен, детей, внуков, правнуков и старость, как видели быт государства во всех его изменчивых красках, что думали и чего хотели бы всем тем, кто теперь садится за штурвал впервые. Обо всем этом можно беседовать и хочется беседовать бесконечно, смеясь и вздыхая, поглядывая из окон на взлетную, любуясь как сияющие и гремящие самолеты приземляются или как кто-то вновь взлетает ради того, чтобы всё замерло внутри от восторга еще и еще раз.
ЦВ
Спасибо за прочтение, лайк, подписку и комментарии с вашими мыслями. Поддержать автора монеткой: 4817 7603 0459 5592.