Нет, Дегюрджа вовсе не собирался жертвовать курицей, несущей золотые яйца. Два дня назад, в таверне, он сказал О’Тулу правду, хоть тот и не поверил. Убирать спутников, во всяком случае, пока, у наемника не было никаких причин. Даже напротив чутье подсказывало ему, что за них надо держаться до последнего, особенно за этого головастого Хельстайна, который точно что-то знает. Сильфрид, конечно, тоже знал – видать, прослышал где-то что-то краем уха, поскольку читать заумные книжки он точно был не горазд. Только где сейчас Сильфрид? Поди, отыщи для начала… А академики – вот они, под боком, да и О’Тул с ведьмой будут неплохим подспорьем в стычке, если доведется с кем или чем схлестнуться. Так что подставлять спутников Дьюину было не резон, и он вовсе не собирался этого делать – однако темнота в случае чего могла уравнять его шансы с ночными скитальцами, а остальные и при свете поспят, что с ними станется.
Вжавшись в шероховатый ствол ивы и словно став частью дерева, наемник ждал, неподвижно и терпеливо, подобно тому, как в вескурийских барханах поджидали своих жертв его клыкастые тезки. И ожидание вскоре оправдалось. С юго-западного направления, из глубины болот, донеслись приближающиеся шорохи. Что-то небольшое и юркое направлялось к лагерю. Дьюин, почти не мигая, всматривался в темноту, однако не видел пока никакого движения в том направлении, откуда доносился шум. Внезапно шорохи прекратились, и наемник кожей ощутил чей-то взгляд. Дьюин сделал три плавных шага в сторону, и взгляд тотчас переместился за ним. Тот, кто находился во мраке за пределами охранного барьера, видел человека и следил за ним. Наемник аккуратно попятился, перемещаясь так, чтобы между ним и наблюдателем оказался ствол дерева, и, наконец, заметил черный комок, темнее самой ночи, шевельнувшийся среди кустов и снова замерший. Отлично! Дьюин обогнул дерево, не спуская глаз с неподвижной тени и держа ладонь на рукояти меча. Если удастся заставить непрошеного гостя выбраться на открытое место…
- Каллаган, ты куда поперся? – приглушенный шепот, раздавшийся за спиной, заставил его вздрогнуть. Тень мгновенно исчезла, словно никогда не существовала, а вместе с ней пропало и ощущение слежки. Дьюин раздраженно обернулся. Ларри, приподнявшись на локте, исподлобья изучала наемника.
- Проклятье, - сказала она, зевнув. – Если в следующий раз приспичит болтаться ночью – сделай одолжение, гуляй вокруг костра и не ломись на барьер. Знаешь, как сигнальной волной в уши шибает? Хотя откуда тебе знать.
- Там по лесу кто-то шляется.
Сонливую вялость магички как рукой сняло.
- Кто? – спросила она, мгновенно вскакивая.
- А я почем знаю? Как раз поздороваться хотел, да ты спугнула.
Ларри подошла к наемнику, и на земле, реагируя на ее приближение, тускло засветились причудливые символы защитного круга.
- Никого не чую, - немного помолчав, сказала она. – А тебе часом не приснилось?
- Я на страже не сплю.
- Тогда дархест его знает, что это было. Если не вернется и барьер не потревожит, значит, утром будем разбираться.
Магичка поплелась обратно под облюбованное дерево, немного повозилась и, свернувшись калачиком, снова уснула. Вплоть до окончания дьюинова дежурства таинственный наблюдатель так больше и не появился. Около двух часов ночи наемник растолкал Хельстайна, предупредил его о происшествии и с чистой совестью лег спать. Тишина продолжалась вплоть до начала пятого часа утра, когда и клюющего носом у догорающего костра Гарта, только-только заступившего на смену, и всех остальных разбудил порыв ледяного ветра, вновь пронесшийся по тракту, только теперь в обратную сторону.
- Похоже, какая-то сволочь в Полых Холмах закрыла дворец, - констатировал Дьюин, отплевываясь от золы. – Ларри, ты бы на будущее поплотнее что ли защитную стенку ставила, коль уж тут такие сквозняки…
- Я предоставлю тебе прекрасную возможность сегодня вечером на скорую руку сколотить забор, - мрачно отозвалась магичка, отряхивая камзол.
Сон был сбит напрочь. Отряд начал неторопливый подъем и сборы.
Начало здесь:
Продолжение здесь: