Такие всегда на стороне силы

Шонга (Шейнгауз) пришёл в наш третий Б в ноябре 1946-го. Маленький и хилый, с постоянно заложенным носом. Мне понравилось, как он держался у доски на первом для него уроке, когда Маргарита Васильевна вызвала его пересказать только что прочитанное ею. Речь его была правильной и спокойной (не прерывалась "э-э-чаниями"). Увидев, что слушая его, улыбаюсь, он подмигнул мне.

Домой пошли вместе. Он рассказал, что их семья приехала из Норильска, где во время войны его отец был начальником какого-то предприятия, на котором работали в основном заключённые. Поведал и о том, что сюда (в военный городок Кантемировской танковой дивизии) его отец переведён на должность начальника строительства, где работают пленные немцы. Рассказывая, он иногда неожиданно начинал смеяться. Смеялся он очень смешно. На пути был синий ларёк, в котором продавали морс. Купили по стакану морса. Было холодно, и морс был холодный. Глядя, как он замёрзший (с красно-синим носом) пьёт морс, не мог я удержаться от смеха. Он поддержал. Долго не могли мы остановиться. С тех пор нередко ходили домой вместе (с остановкой у синего ларька).

В апреле 1947-го случилось у меня очередное обострение с "коллективом" из-за того, что иногда врезАл тем пацанам, кто кривлялся и упорно мешал слушать на уроках. В младших классах устные уроки дома не делал, довольствуясь тем, что учителя разжёвывают в школе. Да и письменные – старался успеть тоже в школе.

На стычку со мной "коллектив" выставил Сычёва (физически сильного, но медленного пацана).

Удивился, увидев, что и Шонга – среди сторонников "коллектива".

Сычёв не стал испытывать удачу в кулачном варианте: сразу же захватил мою одежду на груди и долбанул в лицо своей головой ("взял на калган"). Я успел чуть отвернуть лицо в сторону и почувствовал, как в носу что-то хрустнуло, а из глаз брызнули искры. В условиях ограниченной видимости и сильного кровотечения попытался достать Сычёва.

Вдруг кто-то крикнул: "Он же ему нос сломал!" Сычёв и "коллектив" начали смываться. И Шонга – с ними.

Ощупал нос: на переносице образовался уступ. Надавил, чтобы его не стало. Так больно никогда не было. Уступ почти исчез, но кровь потекла ещё сильнее.

Дома обошлось обычными бабушкиными "батюшки мои". Пришедшая с работы мама расстроилась, но ругать не стала. Пошли с ней в медпункт. Узнав, что Шонга, за которого я всегда заступался, был на стороне "коллектива", мама успокоила: "Такие всегда на стороне силы."

Когда подзажил нос, начал возвращать долги боеспособным членам "коллектива*" (начиная с Сычёва).

До лета не заходил я в синий ларёк, чтобы выпить морсу.

___________________________________

В.Д. Ильин в октябре 1946 г. (9 лет). Гимнастёрка и галифе сшиты мамой [1] из старого отцовского обмундирования. Пилотка и ремень выданы отцом [2].

* "Противопоставляющим себя коллективу" называла меня пионервожатая школы. Пара эпизодов начала этого "противопоставления" представлена в заметках [3-4].

Ильин В.Д. 14 августа 2022 г.

1. Ильин В.Д. Мама.

2. Ильин Дмитрий Васильевич (р. 1910). Музейный комплекс "Дорога Памяти".

3. Ильин В.Д. Первая рукопашка.

4. Ильин В.Д. Стычки до отказа.