Сверхметкий стрелок Афанасьев Никифор Самсонович стал зачинщиком снайперского движения в 97-й стрелковой дивизии. Как бывший охотник, стрелял он метко, и беспрерывно ведя охоту за немцами, очень быстро увеличивал счёт поверженных врагов, но ему этого казалось мало. Афанасьев взял себе учеников и, обучив их, приказал и им так же подготовить одного-двух метких стрелков. Тем самым Никифор Самсонович стал той искрой, из которой в дивизии разгорелось огромное пламя снайперского движения, которое, кстати, получило название «афанасьевское».
Афанасьев Никифор Самсонович родился 28-го июня 1910 года в селении Мухор-Тала в Бурятии. Как и любой сибиряк, живущий в таёжной деревне, он с малых лет учился приёмам охоты, терпению и хладнокровию. Его отец и дядя учили мальчика белковать, поднимать медведя на выстрел, и эта лесная наука очень пригодилась Афанасьеву на войне. Недаром, из таких вот лесных охотников впоследствии получались отличные снайперы Великой Отечественной.
Когда началась война, Никифору Самсоновичу был уже 31 год, и он не подлежал первоочередному призыву, но всё равно он написал заявление отправить его добровольцем и в сентябре ушёл в Красную Армию. После курса молодого бойца его направили служить в новую, только что формирующуюся в Улан Уде, 456-ю стрелковую дивизию (перед отправкой на фронт она стала 97-й стрелковой). Только сначала его зачислили далеко не снайпером, а ему выпала большая честь стать поваром в 136-м полку. В этой-то должности он и прибыл на фронт.
Конечно, обидно было сибиряку видеть, как его товарищи сражаются с ненавистным врагом, а он привязан к полевой кухне. «Приказ есть приказ, - вспоминал Афанасьев, - взял я вместо винтовки черпак. Наш 136 полк в 41 году держал оборону на реке Жиздре. Бои были трудные. Земляки мои чуть ли не каждый день били врага, а я его даже издали не видел. Варю щи да каши, кормлю ребят, а самому хочется переломить черпак о колено да уйти на передовую».
И однажды нервы Никифора не выдержали. Он подошёл к командиру роты Гвоздеву и попросился на передовую. «Это мы, брат, так без каши останемся, - пошутил тот, - немцы из тебя дуршлаг сделают». Тут конечно, красноармеец Афанасьев высказал всё, что накипело на его душе, но командир не обиделся, а лишь смерил взглядом сибиряка и отпустил его пострелять.
Было это 18-го июня 1942-го года. Довольный повар схватил винтовку и, прибежав в окопы, пополз в сторону передовой линии противника. Уже скоро охотничий инстинкт захватил его. Наконец-то он увидел тех, кто топчет своими захватническими сапогами просторы нашей Родины, и которые должны убраться восвояси. Вскинув винтовку, он взял на мушку вражеского солдата. Раздался выстрел, и фашист скатился на дно окопа.
Сразу его, конечно, после этого не сделали снайпером, но когда Афанасьев за короткий срок уничтожил 4-х солдат вермахта, то тогда ему уже разрешили, покинуть место повара и остаться на передовой.
Быстро, очень быстро стал расти счёт поверженных врагов новоиспечённого снайпера. К 16-му сентября за ним уже числилось 105 убитых гитлеровцев и одна лошадь (животное, конечно, жалко, но что поделать, война, есть война). Но сибиряк был неугомонным, ему и этого казалось мало. Он взял себе в ученики нескольких уже проявивших себя стрелков, и обратился в дивизионной газете с призывом не сидеть в глухой обороне, а постоянно и активно бить врага снайперским огнём. Во многих сердцах нашёл отклик этот призыв, и снайперское движение в дивизии ожило и забурлило.
Всё большему количеству стрелков передавал свой опыт Афанасьев, а его ученики, так же взяли себе последователей. К концу 42-го года в дивизии уже насчитывалось несколько сотен снайперов, а десятки бойцов гордо называли себя «афанасьевцами». Пройдя его мудрую школу, они неустанно каждый день проникали в тылы противника, где уничтожали орудийные расчеты, связистов, артиллеристских наблюдателей и офицеров. Немцы, державшие оборону против 97-й дивизии, перестали чувствовать себя хозяевами жизни и ходить гордо в полный рост. Теперь они бегали, низко склонив свои головы, постоянно пугливо прятались и ползали по размокшей грязи.
12-го ноября 1942-го года Советское Информбюро сообщало, что «снайперы Н-ского соединения в течение месяца уничтожили 1947 немцев. Снайпер товарищ Дроздов истребил 155, снайпер товарищ Афанасьев - 119 и снайпер товарищ Везбердев - 106 гитлеровцев». Как видно, из этого сообщения, ученики уже даже стали превосходить своего учителя по количеству поверженных врагов.
Осенью 42-го года Афанасьев Никифор Самсонович был награждён орденом «Красного Знамени», а перед самым Новым годом получил очень необычную награду для советского солдата. Тогда в дивизию приехал лидер Монгольской республики маршал Хорлогийн Чойбалсан и на построении вручил снайперу монгольский орден Красного Знамени за воинскую доблесть.
В феврале 1943-го года 97-я дивизия предприняла серию ограниченных атак по овладению плацдармами на Западном берегу реки Жиздры. К этому времени на счету снайпера Афанасьева числилось 202 поверженных врага, но всего за два дня боёв, во время овладения и удержания высоты 226,6 Никифор Самсонович уничтожил ещё 97 немцев, доведя свой личный счёт до 299 человек.
Это стало последней точкой в славной военной летописи героя. Нет, он не погиб, но во время боя за деревню Ливадия Калужской области, снайпер Афанасьев был тяжело ранен в грудь, ногу и руку, осколками разорвавшейся рядом мины. Его отправили в госпиталь и после излечения на фронт он больше не вернулся. Советское командование решило по полной использовать опыт Никифора Самсоновича по обучению новых снайперов, и отправило его на Забайкальский фронт, где он обучал сверхметкой стрельбе бойцов дальневосточников.
3 июня 1944-го года за мужество и героизм, проявленные в борьбе против немецких захватчиков, а так же за 299 уничтоженных противников и воспитания на фронте 17-ти новых снайперов, которые так же убили 577 гитлеровцев, гвардии старшему сержанту Афанасьеву Никифору Самсоновичу было присвоено высокое звание Героя Советского Союза.
После войны герой был демобилизован и вернулся в Бурятию, где проживал в селе Тэгда и работал табунщиком в колхозе Курбинский. О герое так же есть информация, что он за растрату колхозных денег был лишён звания Героя Советского Союза, но оно после было восстановлено по ходатайству однополчан, в котором было написано, что товарищ Афанасьев «полностью искупил свою вину честным трудом». Сейчас именем Никифора Самсоновича названы две улицы: в родном селении Мухор-Тала, и в селе Тэгда. В последнем так же был установлен бюст героя и на доме, где он проживал, повешена мемориальная доска.