«До сих пор мне казалось, что Минск от нас ничем не отличается, а сейчас я вижу – он совсем другой». Уф, я выдыхаю с облегчением, считая свою миссию – влюбить в Минск – выполненной.
Моя московская приятельница с друзьями решила приехать в Минск на полдня. «Как ты могла? – возмущаюсь я. – Полдня – это ничто!». «Мы в разведку, – оправдывается она. – Завтра на работу, и мы подумали, что чем валяться день на диване, давай смотаемся в Минск». Маша была в Минске несколько лет назад 14 часов: транзитный рейс из Праги в Москву. Была поздняя осень, темно и не слишком уютно (мы-то с вами знаем, что поздняя осень – не лучшее время для Минска), она села на автобус в аэропорту, погуляла вокруг вокзала и уехала обратно в аэропорт с диагнозом «Не интересно. Все, как у нас». Но все же решила дать Минску второй шанс, и я рада, что она это сделала. А она рада, что я в это время была в городе, бросила все дела, чтобы провести эти полдня с ними. Я ведь, знаете ли, очень люблю Минск, и это была любовь с первого взгляда. Мне было 14, когда я увидела Минск впервые, и, вернувшись домой в Гомель, сказала маме: «Это город, в котором я хочу жить». Мечты сбываются.
Встретила московский поезд в 13.18. Времени было до 21.40 – мало для глубокого знакомства, но достаточно для любви.
Для таких экспресс гостей маршрут у меня давно выработан: Ворота Минска – проспект Независимости от площади Независимости до площади Победы – вдоль Свислочи к Оперному театру (обязательно показать дом-музей I съезда РСДРП и дом, в котором жил Ли Харви Освальд) – Троицкое предместье с моим любимым сувенирным магазином – Зыбицкая и Верхний город. Если обо всем, что мы видим вокруг, подробно рассказывать (а я рассказываю подробно), это на несколько часов. Ну, и всегда ведь есть особые пожелания гостей. В этот раз это были Художественный музей и «какой-нибудь большой торговый центр, чтобы купить ваши колбасу, конфеты и санкционные сыры» (забегая вперед, скажу, что «санкционных сыров» уже практически нет, зато на Комаровке есть вкусные белорусские, но это уже для следующего приезда). Если идти в Художественный музей, то на пару часов – значит, придется сокращать основную программу. Поэтому мы зашли в Арт-кафе Художественного музея – выпили кофе (там, кстати, всегда работает какая-нибудь небольшая выставка) и двинулись дальше. «Ваша сталинская архитектура не давит, как в Москве», – говорили мне друзья. Действительно, не давит. «У вас столько простора». Да, «широким проспектом шагаю».
Мне нравится, когда люди, приехавшие в Минск с мыслью, что в этом городе «нет ничего особенного, мы сейчас конфет и колбасы купим, драников поедим и домой», уезжают, говоря: «Мы обязательно вернемся на несколько дней». «И обязательно на балет», – говорю я им. А пока театр в отпуске, веду на концерт к Ратуше. Маша сказала, что на следующий день, уже в Москве, выяснила, что в то же время, когда мы слушали концерт духового оркестра у Ратуши, его слушали трое ее московских друзей, не знакомых между собой: «Все едут в Минск!».
Когда мы закупали набор белорусских продуктов (колбаса, масло, тушенка, конфеты), я настояла, чтобы они обязательно купили хлеб. Я своим друзьям в Москву всегда его привожу: там такого вкусного нет. Маша позвонила на следующее утро и, поблагодарив за экскурсию и вспыхнувшую к Минску любовь, сказала: «Ем вашу колбасу, и, знаешь, у меня проблема: нашу теперь есть не смогу». Не только мужское сердце можно покорить через желудок.