Глава 44.
Все хотят делать рэп. Пока, лагерь.
Вместо зарядки мы предпочитали зашкериться в толчке и подолбить сиги. Было очень лень махать ватными после сна руками и ногами на баскетбольной площадке. К тому же солнце шпарило уже с самого утра.
А если мы и выбирались на зарядку, под чутким руководством наших бдительных вожатых, то в основном садились поодаль от всей толпы на старых резиновых покрышках и начинали лениво мечтать.
Мечтать о том, как мы, приехав после лагеря в город запишем совместный рэп альбом и станем популярными, хотя бы в пределах своих районов. С интернетом тогда всё было не так хорошо и мнение тысяч людей, которых мы не знали, нам было не нужно. В основном хотелось бы видеть респект в глазах тех, кто шарил за культуру или хотя бы местных бродяг.
На тот момент я умел лепить минуса на hip hop ejay и изображал попытки обуздать FL studio. При сильном желании можно было запастись минусами на целый альбом, просидев за софтом месяц другой. И я был готов.
Правда это были лишь наши утренние мечты. Вернувшись с лагеря никакой альбом мы не записали. Так, пару треков на мой микрофон для караоке, с надетым сверху носком. И даже это была лютая заморочка. Тексты на все телеги писал я, а читали мы их вдвоём. Плюс мелкий совсем не сёк чувство ритма и мазал по биту. Чтобы кое как запихивать его читку в такты, пришлось потратить очень много времени на объяснение, как это правильно делать. И даже после этого он звучал очень плохо. Но несмотря ни на что пацан не расстраивался и оставался верен хип хопу.
В нашем отряде немногие слушали рэп, а тем более читали. Откинем нелепого МС Пионера с его россказнями о фантомных лаврах и текстах и останемся, по сути, я и мелкий. Но как выяснилось позже, некоторые лица тоже хотели бы попробовать себя в роли рэп исполнителя. Кто-то даже пробовал что-то писать.
Лёха Гашиш, как оказалось, был фанатом Noize Mc. Я слышал об этом исполнителе, но не увлекался его творчеством. Он был экспериментатором для тех времён. Смело мешал рок звучание с речитативом. Большинство «играющих в трушку» рэперов не выкупали эти моменты и попросту хейтили его музыку. Всем был нужен стандартный бит и монотонная читка. Как в группе «Многоточие» или «Bad Balance».
Ещё был парень по имени Артём. Долговязый, вальяжный чел, лицо которого украшали угри и аляпистый шрам под левым глазом. Из-за этого шрама его называли «Покоцанным». Поведение его носило быдловатый характер. Типичный гопник, если давать максимально точное определение в двух словах. Отношения у меня с ним не клеились. Он как-то недолюбливал меня, а я его. Видимо из-за ощущения конкуренции в моём лице перед лицами женского пола. Ведь я был выше него на 5-10 сантиметров, а он к такому не привык.
Так вот этот Артём тоже типа любил рэпчик. Но я бы не назвал его любовь искренней. Он был из тех, кто вёлся на моду. И если читать рэп или танцевать брейк сегодня было модно, то он из кожи вон лез, чтобы его хоть чуточку просквозило дуновением этой моды. И последним лицом, который типа топил за хип хоп, был Лебедь.
Как-то раз, во время тихого часа в нашем отряде произошёл спор. В центре спора оказался не кто иной, как Лебедь. Содержание спора было следующим. Так как он любит рэп, испытывает нереальную симпатию к некой пассии и не страдает от дефицита смелости, то нужно взять и выразить ей признание, зачитав об этом под бит.
Отряд разделился на два лагеря. Один верил в исполнение этого номера, другой нет. Разгорелась нехилая дискуссия. Я оказался на стороне тех, кто верил в пацана и всячески его поддерживал. Сразу же мной было предложено помочь ему в подборке бита, написании текста и сборе образа.
Немного поломавшись, Лебедь всё же прогнулся под напором моей харизмы и согласился.
Началась плотная подготовка Лебедя к дебюту. Текст я написал примерно за час, минус нашёл на болванке, которую взял с собой на поток, на всякий случай, шмотки нашёл не раздумывая, так как мы с Лебедем были примерно одного роста. Он был даже пониже, что шло ему только на руку. Ведь главная фишка рэп шмота –мешковатость.
И вот разодетый Лебедь уже сидит рядом и внимает тому, как надо считывать текст. А спустя ещё час он уже и сам неплохо справляется. Никто не верил своим ушам и глазам. По ходу победа в споре близка. Я потирал руки в предвкушении дискотеки и со мной добрая половина отряда, верящих в пацана.
Дискотека протекала своим чередом. Мы кучей стояли у диджейской рубки и ждали пока нам выделят тайминг на исполнение задуманного перформанса. И вот музыка затихла и в микрофон прозвучало объявление: «А сейчас для вас выступит МС Лебедь! Встречайте!». Мы заранее оговорили данный момент и лебедь лично предложил, чтобы его объявили именно так.
После объявления толпа развернулась лицом к сцене и застыла в недоумении и ожидании. Из рубки вальяжной походкой вышел виновник торжества и не шибко уверенно поприветствовал в микрофон собравшийся народ. Дальше плавно вступил минус и объявив для кого звучит данное признание Лебедь залетел на него довольно уверенно. Толпа слушала и качалась в такт, а МС на сцене вошёл во вкус и преисполнился недостающей раннее харизмой. Как только номер закончился, прогремели дружные аплодисменты. Толпа скандировала: «Мо-ло-дец, мо-ло-дец!»
Спор был выигран, и мы встретили Лебедя рукопожатиями и похлопываниями по спине. Сегодня он был героем. Сегодня он танцевал медленный танец с той, кому адресовал со сцены своё признание. Этим действительно можно было гордиться.
Неделей раньше Лебединого перформанса, в лагерь заезжали мои бывшие напарники по команде. Да ещё и с болванкой, на которой был минус нашего единственного бэнгера. Парни предложили мне выступить на дискотеке, и я с ходу согласился. В итоге мы слажено отчеканили нашу телегу, прокачав толпу детишек и с гордо поднятыми головами спустились со сцены, принимать респекты. В тот вечер мы были настоящими звёздами. Услышать такое вживую в нашей глубинке и вправду удавалось далеко не каждый день. Потом, ребята уехали, а я остался, с полными карманами нами заработанной славы. Отсюда пошла мода на подобные выступления во время дискотеки.
Сначала произошла вся эта тема с выступлением Лебедя, а потом и Гашиш с Покоцанным захотели изобразить что-то похожее. На следующий день после дебюта Лебедя, Гашиш вдруг вспомнил, что у него есть текст и сразу же обратился ко мне, с просьбой выручить минусом. Мне было не жалко подогнать ему что-то наиболее унылое из имеющейся у меня на тот момент коллекции, и я ответил согласием. Затем он пошёл со всем этим добром к Покоцанному и отчитался, что они могу приступать к репетициям.
Как потом выяснилось, Покоцанный его и подбил на весь этот замут. Ведь он не блистал, ни умом, ни внешностью, ни талантами, но во что бы то ни стало хотел женского внимания. Вот и цеплялся за все возможные шансы, которые могли бы хоть немного вознести его бесполезную личность над остальными. Память у него оказалась весьма неплохой и запомнив, что Гашиш тоже умеет считывать, он решил продавить пацана и сделать из него компаньона, упав на хвост. Когда у него это получилось он был на седьмом небе от радости, это читалось в его глазах.
Потом они вышли на дискотеке и конкретно облажались. Голоса были тихими, микрофоны гуляли вместе с рукой, вместо того чтобы быть зафиксированным возле губ, бит был унылым. В целом зрелище было жалким. Народ сначала обрадовался, услышав объявление диджея о том, что сейчас будет рэпчик, но уже через 30 секунд расходился с кислыми минами, поняв, что их обманули.
После этого выступления рэп прорывы затихли, ведь я особо не рвался надоедать своим умением, а новых добровольцев не находилось. Я тогда постоянно стебался над Мелким. Дело в том, что я не раз предлагал ему выйти зачитать со мной, до приезда парней с команды, а он вечно отказывался. Говорил, что просто не хочет, но я-то знал, что он просто стеснялся. В итоге я швырялся в него фактами, что даже Лебедь и Гашиш смогли, а он нет. Его это задевало, и он психовал.
Чуть позже, поняв, что кроме психоза это ничего не вызовет, я прекратил издёвки и мы, наладив отношения, продолжили мечтать во время зарядки о нашем совместном альбоме, который выйдет и поднимет на уши если не весь мир, то хотя бы пару наших кварталов. Ещё мы договорились о том, что в начале учебного года запишемся в спорт школу на баскетбол.
Вот так беспечно и весело мы проводили лето. А время коварно сыпалось сквозь пальцы и рисовало на горизонте конец лагерной смены. В унисон этому рисунку на горизонте, оно набивало флэшбэко-опилками наши сердца. Но несмотря ни на что, мы угорали до последнего. Угорали последнюю ночь, не касаясь подушек дурными бошками, угорали утром, когда все собирали шмот и прощались друг с дружкой, пуская слезу, угорали когда нас приехал забирать знакомый, затасканный Икарус, угорали в его душном салоне, подпрыгивая на местных кочках, угорали прощаясь на той площади, откуда стартовали в наше незабываемое путешествие. А потом мы разъехались и меня обуяла вся та тоска, которую я упорно игнорировал в моментах, где она была в главной роли и владела вниманием всех, кроме нас. Обуяла так, что ноги подкашивались. Так, что дыхание перехватывал спазм и не давал сделать вдох. Так, что сердце уходило в пятки от осознания того, что всё кончилось и больше не повторится. Я не находил себе места и первые несколько дней провёл в перманентной спячке. Этого требовал организм и душа. Ведь сны, которые дарило подсознание, были о лагере. Это был спин оф нашего трипа. И я был согласен хотя бы на такое продолжение.