Здравствуйте мои уважаемые читатели!
Годы летят стремительно. Вот уже скоро очередная годовщина со дня рождения (5.09.1896) поэта-казака Алексея Ачаира (Грызова) и уже ровно десять лет пройдёт со дня, когда мы, с многочисленными нашими помощниками, установили в его память мемориальную доску на здании школы №29 в Новосибирске. Казалось бы, дело сделано, но тема, как оказалось, ещё не исчерпана: собранный тогда материал ещё не до конца осмыслен, приведён в порядок и переиздан.
Я надеялся что интерес, который был в связи с прошедшими событиями вызван в обществе, будет подхвачен заинтересованными творческими людьми и они найдут применение оказавшимся в моих руках: поэме "Казаки", неизданным стихотворениям из обнаруженного новосибирского архива, многочисленным видео и фото, копии переписки Алексея Ачаира с другой известной поэтессой и подругой Таисией Баженовой, присланной мне из Гуверовского института войны, революции и мира (США) и другим материалам.
Однако годы идут... Если больше пока некому предложить читателям, зрителям и слушателям этот колоссальный пласт русской, сибирской, казачьей истории и творческого наследия, то придётся мне снова это сделать самому. Как говорится: «Никто, кроме нас!».
Очень надеюсь, что следующие воспоминая будут кому-нибудь полезным и приятным чтением.
А.К.
Ачаир!.. Харбин… любимый журнал «Рубеж» - его стихи, первое с ними знакомство. А теперь, через долгие десятилетия, школьный музей, где такой непростой жизненный путь Ачаира бережно хранится в записях и фотоснимках, вызывая волнение и чувство благодарности за этот бесценный труд.
Следует начать свои воспоминания с того, что моя сестра Вера, ещё в Харбине училась по классу фортепиано у известной там пианистки-педагога Валентины Васильевны Белоусовой – второй жены Ачаира.
Мы приехали сюда из Китая в 1954 году, а Валентина Васильевна задержалась, и Вера выписала её в 1956 году вместе с мужем Мишей. Помогали ей тут во всём. Она сразу стала членом нашей большой семьи.
А с Алексеем Алексеевичем Ачаиром (Грызовым) мы познакомились в 1959 году сразу, как он приехал из Байкита, летом, после окончания там учебного года – он там преподавал в школе.
Моё первое впечатление от встречи – удивление!.. Я знала о нём и видела на фотоснимках, что он высокий, стройный, красивый. А тут… стоял чуть сутулый, с большой окладистой седой бородой, дед с палочкой. А рядом цветущая, улыбающаяся Валентина Васильевна.
Познакомились. Я посмотрела в его глаза, они излучали такую приветливость и дружелюбие и всё вдруг изменилось, а когда он заговорил, я сразу поняла, что он знает обо мне всё, ведь мой отец и муж – оба прошли ту же чудовищную «академию» - 10 лет, как и он. А это нас всех так сближало! Мы говорили, говорили… да разве опишешь те эмоции на этой бумажке?! Я уже не видела деда, нет, это был очень приятный, обаятельный пожилой мужчина, что позже подтверждали все, знающие его.
Вера так же вспоминает, что он был добрым, улыбчивым, доброжелательным. Отличительной чертой его характера было умение разговаривать с собеседником любого возраста. Вера присутствовала на его мелодекламациях, к музыке она у нас тянулась с раннего детства и до сих пор этим живёт духовно, так что понятно её отношение к таланту Ачаира.
Ещё Вера вспоминает: «Школу Ачаир любил, школой жил и ходил в школу, как на праздник».
Отзывы о деятельности Ачаира я, прежде всего, конечно, слышала от Валентины Васильевны. Судьба нас близко свела после его смерти, мы были постоянно вместе и она о нём много мне рассказывала: о его работе в ХСМЛ, о его жизни вообще, о их личных отношениях, разве всё опишешь, да и не вспомнишь. Годы!..
Но его мелодекламации всем кружили головы, особенно молодым.
Во-вторых, самые восторженные отзывы я слышала от его бывшей ученицы Ларисы Кравченко, нашей писательницы – поэтессы, с которой мы дружили 45 лет. Она вспоминала, как училась в ХСМЛ, какая дружелюбная была атмосфера в этом заведении и особенно об Ачаире. Он был секретарём харбинского отделения ХСМЛ – Христианского Союза Молодых Людей – международной просветительской организации. Там была школа, и учились в ней дети: русские, поляки, татары, евреи и других национальностей.
Кроме этой своей прямой должности Ачаир организовывал там объединение молодёжи, где юные таланты постигали азы литературного и поэтического творчества. Об этом эмоциональная Лариса вспоминала взахлёб. Ачаир был её кумиром с детских лет. Она говорила, что он в той школьной обстановке был молчаливым и даже строгим, но совершенно преображался у рояля во время мелодекламаций своих стихов, завораживая всех.
Лариса начала писать ещё в школьные годы, потом в Политехническом институте, который окончила по специальности инженера-экономиста на транспорте. Печаталась. Приехав сюда в 1954 году, она работала по специальности, колесила по Сибири, узнавала новую для себя жизнь, людей, писала и училась на литфаке.
После выхода её романов «Земля за холмом» о русских в Китае и «Пейзаж с эвкалиптами» о русских в Австралии, является членом Союза Писателей России. Печаталась в сибирских журналах и газетах. И не только Лариса, но и многие из учеников Ачаира нашли своё призвание в литературе.
Третьим, кто знал Ачаира, был Борис Иванович Гаврилов – начальник смежного с нашим отдела: молодой, энергичный, весёлый, всем интересующийся. Поговорить с ним было одно удовольствие. Моя дочь Нина работала у него в отделе.
Борис Иванович учился в 29 школе, его отец Иван Иванович Гаврилов был директором этой школы, а мама Татьяна Васильевна преподавала там же математику.
Когда Борис Иванович узнал, что я «из Китая», то сказал, что в их школе преподавал пение мой земляк Алексей Алексеевич Грызов, знала ли я его? – Конечно знала! Это наш поэт Ачаир! И Борис Иванович рассказал, что Алексей Алексеевич бывал у них дома и стал восторженно о нём рассказывать, как о человеке и педагоге, что в школе его все любили, о его стихах.
От него же их семья впервые узнала, что такое мелодекламация и в его исполнении услышали этот редкий жанр. Борис Иванович сказал коротко: «Это было чудо!» Он даже записал на кассету его мини-концерт, обещая мне найти эту кассету, но обстоятельства сложились так, что не получилось. Обидно! Осталось бы живое слово Ачаира.
Я вспомнила ещё период, связанный с нашей темой. Это детское восприятие, со мной работала Лида, а её дочь Таня, лет десяти, училась в 29 школе.
И вот как-то Лида мне говорит, что у Тани преподаёт пение новый учитель: «Она нам дома все уши прожужжала об этом Алексее Алексеевиче: «Он такой добрый, как с ним интересно, а теперь он организовал хор и хочет, чтобы мы все пели. А я ему сказала, что у меня нет слуха и голоса, а он засмеялся и спросил: «А ты хочешь петь?». Хочу! «Ну, так давай заниматься, учить ноты и всё получится». Теперь она бегает на спевки и пишет ноты, а мы только удивляемся. Твоя Нина учится в музыкальной школе, значит способная, а мы ведь привыкли, что нашей Татьяне медведь на ухо наступил».
Через некоторое время Лида мне говорит: «Ты знаешь ведь Алексей Алексеевич твой земляк, он тоже из Китая. Ты представь, там уже такой хор, вся школа поёт – и ученики и учителя и наша Татьяна тоже; бегает такая деловая, весёлая».
Но, к великому сожалению, продолжалось это недолго. Однажды приходит Лида с работы, а дома, как она мне рассказала: «Вся распухшая, зарёванная Таня:
–Что случилось?
– Умер Алексей Алексеевич. Пришёл утром и на пороге школы упал и умер – остановилось сердце».
Хоронили из школы, плакали все. Вера с Мишей принимали самое активное участие в похоронах Ачаира. Валентина Васильевна была в ужасном состоянии.
А хор?! Всё рухнуло… Вот такая история Тани Мальцевой.
В быту Алексей Алексеевич был добрым, спокойным, деликатным. Вот это-то последнее качество его и сгубило. Когда ему утром стало плохо с сердцем, он понял, что в школе в таком состоянии работать не сможет, а позвонить – телефона не было, жили тогда они в частном доме. А как сообщить? И он пошёл с ул. Обдорской до школы, на ул. Октябрьской – это очень далеко. Он кое-как дошёл до двери школы, упал и умер.
Валентина Васильевна, похоронив Ачаира, а следом и свою маму, долго тяжело болела. Когда поправилась, то обменяла свою квартиру и жила в нашем доме, и мы постоянно общались. В 67 году умер мой муж и это ещё больше нас сблизило. Долгие вечера мы проводили вместе, бывали на встречах земляков – «китайцев». Она организовывала нам походы в оперный театр, «Красный факел».
Однажды Нина принесла газету, не помню ни названия, ни даты, наверное, в 70-х годах, формат ещё тот большой. Я прочитала первую страницу, развернула середину и… через всю вторую и третью страницы очень крупными буквами было напечатано: «Ачаир и ачаирцы».
Вот была неожиданность! Схватила газету и к Валентине Васильевне. Её реакция была – не описать. Мы долго читали-разбирали текст на этих двух страницах о казачьей станице «Ачаир» возле Омска, о её истории, жизни в текущие годы, очень было интересно. Между прочим, Валентина Васильевна сказала, что родился Алексей Алексеевич не в Омске (как позже везде напишут), а именно в этой станице, отсюда и его псевдоним, а в Омске он учился в кадетском корпусе.
А годы, как реки текут и текут, их не остановишь. И вот мы уже вчетвером: Валентина Васильевна, Вера, Миша и я ежегодно весной и осенью ездим на Заельцовское кладбище и прибираем могилы наших родных и близких, Ачаира, друзей, а этих могил становилось всё больше и больше. Миша всегда всех хоронил.
Потом у Валентины Васильевны заболели ноги, из квартиры не выходила несколько последних лет. Мы ездили на могилы втроём. А теперь я сижу дома, болят ноги, почти не выхожу из дома, но вот уже апрель, потеплело, и Нина с Верой собираются на кладбище.
Валентина Васильевна умерла в 1998 году. После очередного инфаркта скончался неугомонный Борис Иванович. Миша - в 2001 г. Лариса - в 2003 г. Как хорошо она написала Ачаиру к столетию его рождения (конец стихотворения):
«Серый камень в Ельцовском бору…
Словно ждёт – мы придём, мы придём,
Наконец-то, и вспомним о нём,
И о прочих – братьях его по перу…»
И пришла Лариса к нему навсегда в Ельцовский бор.
Как мудро предсказал Ачаир ещё в 1937 году:
«Любимый карандаш, окончен твой графит, –
Покойников, увы, мы, смертные не лечим.
А карандаш в ответ с улыбкой говорит:
«Не бойся за меня, в написанном я вечен».
И вот уже 2005 год шагает по планете, а написанное Ачаиром, как и прежде, читают с интересом и удивлением.
Мой правнучек Саша – первоклассник 29 школы, когда подрастет, хочу, чтобы «открыл» для себя Ачаира. Наверное, так и будет, он у нас товарищ читающий и музеи любит.
30 апреля 2005 г.
#ТопБЛОГ, #РоссияСтранаВозможностей, #БольшеЧемПутешествие, #АлексейАчаир