Вспомнилась недавняя история подготовки к внеклассному мероприятию, посвященному Дню славянской письменности. Захотелось мне тогда все занятие построить на метафоре создания славянского алфавита, которую я нашла в "Хазарском словаре" Милорада Павича. Вот она, эта развернутая метафора, в моем пересказе. Кирилл и Мефодий сидели в келье и ломали головы над тем, как славянскую речь передать на письме. Вдруг по ту сторону оконной решетки они увидели глиняные кувшины. Чтобы внести их в келью, не выходя из нее (подумали наши будущие первоучители), надо разбить их на черепки, которые могут пролезть между прутьями решетки, потом из этих черепков склеить кувшины. То же решили сделать со славянской речью - разбить сплошной речевой поток на отрезки, составляющие, элементы. Я обратилась к ученикам в надежде, что они осуществят неосуществимое: слепят кувшины со швами, позволяющими разбить их на черепки-буквы. И тут началось! Маша Пронина принесла в лицей вазу-пазл, Никита Головачёв привез в коробке для обуви уже разбитый им керамический кувшин, Юля Климова слепила из глины небольшой сосуд, на внутренней стороне которого были наклеены буквы. Меня тоже захлестнула страсть к лепке и ваянию, и я ( не без помощи зятя) изготовила какую-то ведерную бутыль из гипса. Реализовать метафору Павича на мероприятии нам не удалось: самую пригодную для демонстрации ёмкость, слепленную мной и зятем, прилюдно разбивать на черепки я побоялась, так как не уверена была в эстетичности задуманного разрушительного процесса. Аляповатый сосуд обрёл в ходе мероприятия неожиданно для меня определение "скудельный" и стал метафорой телесного начала в человеке, его немощной и тленной плоти. Внутренним содержанием, наполнением этого сосуда стали буквы славянского алфавита, написанные нами на квадратных картонных карточках. Эти буквы мы ссыпали в ставший символом сосуд и решили, что они продлят его жизнь. Не знаю, алфавит ли тому причиной, но гипсовое изделие пока стоит в лицейской библиотеке и разваливаться на черепки не собирается.
Та самая ваза-пазл