"Он думал, что человек с Библией может быть только благочестивым слабаком,
но просчитался..."
Или из опыта немецкого францисканца
в вермахте на фронте в России.
Когда мы прибыли на фронт в Россию в 1942 году, мне доверили одну роту возглавить фронт. Мы шли в невыносимую жару по бесконечным пыльным дорогам к югу от Смоленска. Моя часть, Кассельский пехотный полк, еще не была моторизована. Мы были пешками в прямом смысле этого слова. По дороге через бескрайние степи я достал карманную Библию и читал, как когда-то во Франции.
Рядом со мной шел высокий дородный солдат и, увидев, что я читаю, начал меня дразнить. Сначала я сделал вид, что не слышу его оскорбительных высказываний о вере и церкви. Но поскольку он продолжал выкрикивать все больше и больше непристойностей вслух и на глазах у всех, я сказал ему: «Будь осторожен, мой друг. Лучше держите эти записи при себе!» Но я нагрубил ему еще больше. Я потерял терпение: «Последнее предупреждение, солдат! Я приказываю вам прекратить это немедленно, иначе я буду вынужден заткнуть вам рот!» Он громко и саркастически рассмеялся. Он полагался на свой рост и силу и пытался унизить меня, думая, что человек с Библией может быть только благочестивым слабаком. Затем он ударил меня. Но я использовал хват, которому научился в СС. Он яростно сопротивлялся, но не мог вырваться из моей хватки. У него была свободна одна рука, и он схватился за штык. Разгорелся ожесточенный бой. Даже не знаю как, вдруг он лежит с большой раной на голове. Он истекал кровью и, казалось, был без сознания. Я сразу попытался остановить кровотечение, но это было нелегко, потому что рана на лбу была глубокой. Они забрали его. Я ожидал, что они вызовут меня. Через три недели он появился с большим пятном на лбу. Он ни словом не обмолвился о том, как получил рану, и больше никогда не смел беспокоить меня. И все в компании знали, как вести себя в этом направлении… и он больше никогда не смел беспокоить меня. И все в компании знали, как вести себя в этом направлении... и он больше никогда не смел беспокоить меня. И все в компании знали, как вести себя в этом направлении…
Наконец мы прибыли в наш батальон. В первые же дни меня разыскал неизвестный солдат и сказал, что ему срочно нужно поговорить со мной без свидетелей. Я пошел дальше в поле, чтобы нас никто не видел. «Мистер Фриман, ваши документы прибыли из полицейского подразделения СС. Офицер контрразведки предупредил других, чтобы они следили за вами и задавали каверзные вопросы, ваша почта также будет проверена. Пожалуйста, будьте осторожны!» — «Зачем ты пришел меня предупредить?» — подозрительно спросил я. Его ответ был бальзамом для моей души: «Я был лидером католической молодежной группы, а ты францисканец!» Я обнял его с радостью, и мы стали хорошими друзьями.
Я не слишком беспокоился об этом, потому что давно привык к таким трудностям. И пока все шло хорошо... Однако вскоре я узнал, что против меня собирают улики.
Необычайное свидетельство человеческого мужества и силы молитвы, любви к жизни и Божьей защиты в беспощадных битвах Второй мировой войны.
Очень общительный брат Гереон хотел быть религиозным, но при особых обстоятельствах попал в СС. Здесь он не отрекся от своей веры и под защитой страшной формы участвовал в распространении антифашистских листовок и подготовке убийства Гитлера. В качестве медика вермахта он прошел боевые действия в России, Франции и Италии - без единого выстрела, но с целым рядом наград за спасение жизней товарищей. Папа сделал ему исключение, чтобы он мог стать священником еще до изучения богословия. Он начал свою работу в лагере для заключенных немецких офицеров, где царили нацистский фанатизм, коррупция, насилие и голод. Через полгода после его прибытия сотни солдат были на рождественской мессе...
Хотя он много раз стоял на передовой и перед военными судами, но всегда выживал. Сам он приписывал это непрекращающимся молитвам сотен встреченных им людей, которые сопровождали его в его путешествии по полям сражений и лагерям для военнопленных. После войны он закончил свое богословское образование и сорок лет работал миссионером в Японии — это было его давней мечтой.
Судьба Гереона Гольдмана невероятна, увлекательна, полна, казалось бы, непонятных совпадений, в которых добро наконец побеждает зло, Божья благодать над вездесущей смертью.