В декабре 2018 года, когда Алие было всего четыре месяца, у нее обнаружили ретинобластому обоих глаз. Это онкологическое заболевание поражает глаза у детей раннего возраста. Опухоль редкая – встречается у одного из 15–18 тысяч новорожденных. Вылечится от ретинобластомы девочке помогли специалисты НМИЦ онкологии им. Н.Н. Петрова и Санкт-Петербургского государственного педиатрического медицинского университета. В августе Алие исполняется 4 года, она прекрасно себя чувствует и ходит в детский садик.
Как и практически любое другое онкологическое заболевание, ретинобластому очень сложно обнаружить на ранней стадии. Главный признак – «кошачий глаз» – зрачок отливает желтым цветом, появляется на запущенных стадиях.
Раньше при диагнозе «ретинобластома» удаление глазного яблока было практически неизбежным. Но петербургские врачи объединили свои усилия, чтобы не только победить болезнь, но и сохранить ребенку зрение.
– Живем мы в небольшом городе – Подпорожье в Ленинградской области, – рассказывает Александра, мама Алии. Алию я родила чуть раньше положенного срока, и у нее с рождения был нистагм или тремор глаз. Мы его лечили 3,5 месяца, и на очередном приеме офтальмолог сказала, что у нее нет необходимого оборудования, чтобы поставить точный диагноз, но с глазами у Алии не все в порядке и посоветовала срочно ехать в Санкт-Петербург на обследование. Мы приехали на прием к офтальмологу в Педиатрический университет.
Там нам поставили диагноз «ретинобластома», связались с НМИЦ онкологии им. Н.Н. Петрова и предложили такой вариант лечения. Для нас это был, конечно, шок. Но времени на долгие раздумья не было, собственно и вариантов развития событий было всего три: или полностью удалять глаза, но я хотела побороться за зрение моей дочери, или собирать миллионы на лечение в Швейцарии, а времени на это уже не было, или довериться нашим врачам. Я выбрала третий вариант и ни разу не пожалела.
Лечение одного пациента с ретинобластомой, направленное на сохранение не только глаза, но и зрения, занимает не менее 6 месяцев. Это высокотехнологичный процесс, который требует слаженной работы команды специалистов – офтальмологов, детских онкологов, интервенционных хирургов, радиотерапевтов и лучевых диагностов, обеспеченных всей необходимой современной диагностической и терапевтической аппаратурой.
За полгода малышке Алие провели три операции, шесть курсов химиотерапии, три курса селиктивной химиотерапии, когда препарат через артерию водится прямо в глазное яблоко, и семь лазерных операций, чтобы «прижечь» очаги опухоли.
– Уже после первой химиотерапии я увидела, что дочь стала лучше видеть. Она стала более внимательно смотреть на предметы. Все этапы лечения она перенесла хорошо. Я благодарна врачам за комфортную атмосферу, высочайший профессионализм. В 2020 году во время одного из регулярных обследований обнаружили, что опухоль «ожила» и появились небольшие очаги, тогда нам сделали еще одну лазерную операцию, и вот уже два года как мы держим стойкую ремиссию, – рассказывает мама Александра. – Алия хорошо развивается, выглядит старше своих сверстников, активная и любознательная девочка. Сегодня у нас всё хорошо, а что будет завтра, поживем – увидим. Я с оптимизмом смотрю в будущее и моя Алия, благодаря докторам, тоже.
Беседовала Наталья Субботина