Сегодня представляю вам историю Ивана. В сентябре он пойдёт в девятый класс. Это будет уже четвёртый год в новой школе. Четвёртый год без травли и агрессии. Он совсем недавно к этому привык. Очень долго мир без насилия вызывал в нём изумление.
Всё началось в первом классе. Банально. Я носил очки. За мной сразу закрепилась кличка «очкарик». Могли отобрать мои очки, могли дать пинок и убежать. Это были ежедневные реалии. Учительница тоже была не очень. Помню, что каждый день говорил родителям, что я дурак. Почему-то в первом классе я в это верил. Во втором классе из-за всей этой обстановки мама меня перевела в другой класс. Это было небо и земля. Совсем другой учитель. Дураком я себя больше не чувствовал.
В пятом классе началась средняя школа. Дети были те же самые. А вот учителя сменились. И моя жизнь изменилась полностью. Поворотным стал случай, который произошёл весной пятого класса. У меня был друг Алан. И был в классе мальчик Влад, задира со странностями, но у меня с ним не было проблем. Однажды на физкультуре Влад отобрал у Алана телефон и начал ходить по спортзалу с криками: «Клизму, кому сделать клизму?» При этом он держал в руках болт.
Я заступился за Алана. Просил Влада вернуть телефон. На что он ответил: «Нет, сначала клизма болтом, а потом телефон». Не знаю, что меня дёрнуло поступить так глупо. Я согласился на эти условия. «Операция» прошла успешно. Это была имитация процесса клизмы через брюки. Заняло секунду. Я даже не придал особого значения. Если честно, я тогда совсем ничего не знал ни о том, что такое клизма, ни о том, что такое ориентация и какая она бывает. Там было пять человек. Все, включая Алана, тут же побежали с новостями по школе. Я понял, что случилась катастрофа. Вечером рассказал дома. Родители ходили в школу, общались с учителем, с директором. Но всё было спущено на тормозах.
После этого за мной закрепилась в разных мерзких вариациях кличка «***» (закон об ЛГБТ пропаганде и цензура Дзена не позволяют мне указать кличку). От меня отвернулись все. Даже те, кого я считал своими приятелями. Я оказался в вакууме.
Как-то уже в шестом классе в ходе очередной перепалки я что-то сказал в ответ обидчикам. Там опять был всё тот же Влад. Меня избили. Там ещё был мой друг, Степан. Он пришёл в класс в середине года, не знал о случившемся, поначалу мы дружили. Когда меня били, он мог помочь, но он просто стоял и молчал. Били ногами. Я защищался, но упал. Мешком с обувью мне попали в основание черепа. Я получил сотрясение. Это было людное место, аллея, где ходила куча людей. Родители забирали детей из школы. Но никто не обратил внимания.
Мама написала заявление в детскую комнату милиции на родителей Влада, он был главным зачинщиком. Мама говорит, что дальше полиция объявила родителей Влада в розыск. Сказали, что родителей никто не мог найти, не могли дозвониться. Хотя семья Влада живёт под нами. Рассмотрения дела так и не было. Мама говорит, что скорее всего, директор школы пыталась замять это как-то.
Мой друг Степан после того, как стал свидетелем драки, высказал мне, что не сможет со мной общаться, пока я не восстановлю свою репутацию.
Девочки тоже могли издеваться. Один раз на уроке меня тыкала девочка сзади, стоило мне ей ответить, меня тут же начала ругать учительница. Я рассказал ей предысторию, она сказала, что, значит, я сам виноват, что-то сделал не так.
Помню, вышла очередная часть «Мстителей», «Война бесконечности». Весь класс уже посмотрел, хотя фильм 16+. А я все никак не мог посмотреть. Очень не хотел спойлеров. Пацаны начали назло меня этим дразнить и всячески пытаться рассказать. В какой-то момент все пацаны класса меня окружили и пихали со словами: «А Железный Человек умрёт», «И Халк умрёт» и всё в таком духе. Я разрыдался. Какая-то учительница из другого класса вытащила меня из этого мужского круга, отвела к себе, дала воды. Я был очень зол. Потом учительница меня отпустила. Я убежал под лестницу. Это было моё место, куда я убегал, чтобы выплакаться.
В этот день маму вызвали в школу с формулировкой: «Ваш сын подрался со всем классом». На встрече социальный педагог и психолог рассказывали маме, что я плохой, ругаюсь матом, не учусь. Мама рассказала им всю мою историю, оказалось, что они даже не были в курсе, классная даже не пыталась это решать, ни с кем не обсуждала, не привлекала специалистов.
Помню очень обидный эпизод в честь восьмого марта. Поздравляли всех девочек, женщин. В тот день, входя в класс, я услышал громкое: «С праздником тебя, п****!» Меня так поздравляли целый день. В конце дня классная устроила игру на сближение команды. Надо было жестами показать свои действия, а остальные должны были угадать. Меня поставили в пару с тем мальчиком, который первым на весь класс меня поздравил. Я показал, что приду к нему домой и зарежу. Ещё в тот день было такое упражнение. Нужно было придумать оригинальное поздравление девочкам. Когда настала моя очередь, я сказал: «Желаю вам приятной, быстрой смерти». Не в смысле прямо сейчас. Я до сих пор считаю, что это лучшее пожелание любому человеку, и что худшее наказание — умирать долго и мучительно. Учительница отчитала меня перед всем классом. Маму в тот же день вызвали в школу. Она напомнила обо всех случаях травли, которые со мной происходили (надо сказать, что мама постоянно ходила в школу после каждого инцидента). Но маме сказали, что это во мне проблема, я неуживчивый.
Последней каплей в травле стала классная. В шестом классе я сильно съехал по учёбе. Не хотел учиться вообще. Хуже всего дела обстояли с математикой. Накопилась куча долгов. Мама договорилась с учительницей и с классной, что будет меня подтягивать и что я принесу все домашние работы. Помню, как сидел до 4 утра, уже совсем плохо соображал. Самую последнюю «домашку» мама разрешила мне в первый и единственный раз списать из ГДЗ. Я пришёл в школу, принёс домашние работы. Мне решили устроить проверку. Одному мне, хотя в классе были и другие троечники, двоечники. На урок пришла наша классная. Сели рядом со мной обе учительницы. Тыкали в примеры и спрашивали: «Как ты это сделал?». Весь класс на это смотрел. Я ничего не смог ответить. Очень хотелось рыдать. Я еле сдерживался, сидел и повторял: «Ваня, не смей плакать!» Обе учительницы всячески меня унижали. Я терпел-терпел, потом развернулся и громким шёпотом их послал. Я хотел, чтобы они услышали. И они услышали. Вышел из школы и смачно кинул портфель. Раздался громкий хлопок. Разбился пластиковый ланчбокс.
За шестой класс у меня было три нервных срыва. Два раза это было во время выполнения домашней работы. Я кричал, стучал офисным стулом по двери, которую держала мама. В третий раз после того самого разноса на уроке математике я схватился за нож. Мама успела остановить.
Я часто фантазировал, как уйду из жизни и напишу прощальную записку. Записок десять написал даже. Ещё в шестом классе я иногда делал порезы на руках. Потом понял, что физической болью невозможно заменить психологическую.
Мама повела меня к психиатру. Врач со мной пообщалась и сказала маме, что нужно сменить школу. Дала список рекомендаций по школам. В первую же из этого списка я и пошёл.
В конце первой четверти мне посоветовали снова вернуться в шестой класс, так как было много пробелов. Я сначала испугался, боялся, что меня будут гнобить. Но всё же пошёл в шестой класс. Почему-то меня никто не трогал. Весь год я постоянно ждал, что на меня будут нападать, смеяться. Я уже привык, что меня хотят травить. А тут ещё и второгодка. Один раз даже взял снова в школу канцелярский ножик, снова сделал порезы на руке. Но никаких нападок не происходило. У нас потрясающая классная. Мои стереотипы постепенно рушились. Я никак не мог понять, как работает этот новый для меня мир. Как это так, никто не хочет со мной драться, как такое возможно? Весь год жил в состоянии удивления. Больше я не резал руки. В седьмом классе я ещё был замкнутым, но уже появлялись друзья.
В этом году я закончил восьмой класс. Сейчас лето, и я плотно общаюсь с друзьями из своего класса, мы вместе гуляем, я езжу к ним с ночёвкой, они ко мне тоже. В прошлом классе это было даже представить невозможно. Я больше не боксёрская груша.
Комментарий мамы Ивана
Для меня лично читать историю Вани, переживать это снова сродни пытке, но я вижу в этом некий долг. Пусть история нашей семьи послужит кому-то на пользу и позволит увидеть то, что я не увидела сразу, понять то, что я не поняла. Если это поможет хотя бы одному ребенку, уже всё не зря. Когда у нас всё это происходило, вашего канала в моей жизни ещё не было. Я рада что он есть теперь. И хочу, чтобы он был в жизни всех родителей.
Комментарий автора канала
А я по традиции напоминаю, что герой истории еще подросток. История стала публичной. Он может видеть комментарии. По политике моего канала я баню любые оскорбительные комментарии в адрес героя, а с героями-детьми жёстче - любые обесценивающие, оценочные, недоброжелательные комментарии в адрес ребёнка я баню без оглядок и сожалений )))
Неравнодушных педагогов и осознанных родителей я приглашаю в Телеграмм-канал «Учимся учить иначе» и в привязанную к каналу Группу.
Книгу «Травля: со взрослыми согласовано» можно заказать тут.