Часть 13
Анна
Сейчас вспоминается, что тот самый памятный день уже с утра «плакал» проливным дождём. Проснувшись, Анна ещё не встала, а уже поняла, что тревога навалилась на неё, всё тело ломило так, как будто она несла неподъёмный груз. Тревога была противного мышиного оттенка, почти как свинцовое небо за окном.
Анна уже не помнила, когда стала в воображении окрашивать всё вокруг в определённые цвета, этому её научил Дмитрий. Вот, к примеру, в её квартире – тёплая пастельная атмосфера, а в Митиной квартире, наоборот, всё кажется ярким. Постоянно возникает чувство, словно ты попадаешь в калейдоскоп оттенков и цветовых нюансов.
Девушка с трудом гнала от себя мысли сейчас позвонить Дмитрию. Всего лишь несколько часов она провела без него, да и то большая часть времени пришлась на сон. Но уже безумно скучала по его приятному баритону, крепким мужским объятиям. Тревога снова заползла в душу и шептала девушке что-то противное, чего она пока никак не могла осознать.
«Это всё потому, что я очень скучаю по нему», — уверила себя Анна, отправляясь в душ. Но даже тёплые струйки не облегчили переживания девушки, наоборот, тревожные ожидания с каждой минутой усиливались. Было предчувствие того, что должно случиться что-то ужасное. Что-то неотвратимое надвигалось на неё, о чём она никак не могла догадаться и чего подсознательно боялась. Одно поняла: их лето заканчивалось, и точка. Дальше не будет ничего, только холодная осень без конца и края.
Женщина опомнилась, дрогла, открыла ледяной душ. Неразумные идеи и неразумное сердечко, предчувствующее неудачу! Пожалуй, превосходнее охладиться и намного больше не дозволять тревоге вмешиваться в их судьбу.
Стремительно оделась и позвонила Дмитрию, она знала, что не угомонится, пока еще не удостоверится, что с ним всё в ажуре. Ей стало просто и отрадно, когда услышала звук его голоса.
Слушаю тебя, моя родная.
Женщина запнулась. Таким интимным, одним словом, он именовал её крайне редко.
Я так заскучала, не имею возможности больше без тебя.
Он тихо рассмеялся, и она ощутила облегчение. С ним всё превосходно, и он рядом.
Тогда приезжай, я жду.
Анна ощутила себя чужой в том доме, в каком прожила всю имеющуюся маленькую жизнь. Её место было вслед за тем, в квартире за дерматиновой дверью, рядом с ним, поэтому что только вслед за тем было смирно. И это все казалось таким закономерным!
Женщина приготовила завтрак и отправилась в комнату к брату, чтоб распечатать свои стихи и рукопись книжки.
Снова у меня не остается бумаги, проворчал Васька, роясь в шкафу.
И для тебя спасибо, подразнила его сестра, можно представить, что тебе жалко для сестры несколько листочков бумаги!
Ну, окончательно, нет, притворно вздохнул брат, хоть бери да распечатываешь?
Стихи свои и рукопись одной книжки, не стала укрывать Анна.
Ну, стихи так стихи, согласился Василий, следя, как из принтера вылезает очередной лист, в книжке твоей секс-то хоть есть?
Анна нарочито закатила глаза, вкладывая распечатанную страничку в рабочую папку. Вчерашним вечером она покупала две схожих папки для рукописей, ему и для себя, поэтому что абсолютно во всем желала созидать целое.
Есть, есть, и преотличный, снова подразнила она брата.
Ух твоя милость, дай почитать! братец округлил глаза.
Ага, щаззз, позже будешь бредить на лекциях заместо учёбы? Нет, лучше к экзаменам приготовляйся.
Брат состроил мину, ещё тридцать минут они провели в шутливой перебранке насчет учёбы. Анна присваивала еще большее значение институту, чем Василий.
На вот, стихи почитай, Анна положила рабочую папку с собственными стихами на стол брата, решив, что она покажет их Дмитрию позднее, а его рукопись забрала с собой. Облагораживайся!
И вышла из комнаты брата под его скептичное бурчание.
Оставив папку в прихожей, Анна отправилась выпить кофе, и не видела, как Василий вышел из комнаты, прокрался в прихожую и поменял папки, прихватив себе текст «про отменный секс».
Через несколько минут девушка была готова выйти из квартиры. Ощущение того, что идёт что-то не так, сейчас достигло критической отметки. Анна чувствовала, как её начинает бить дрожь. Серый питерский дождик только усиливался, а вместе с ним усиливалась и её тревога.
– Васька, я ушла, дома не ночую! Не хулигань! – крикнула она брату и услышала его бодрый голос:
– Для меня это не новость! Ариведерчи!
Анна забрала папку и вышла из дома.