После Сашкиных откровений и моего смирения, не смотря на последние дни сожительства, наша жизнь стала намного продуманней. Я все отрегулировала, чтобы не дергаться, и не бежать в гостиницу, стараясь ублажить Сашку. С утра мы никуда не ходили, просто реализовывали Санин половой инстинкт с обоюдным удовольствием. Хотя у меня аппетиты были поскромнее, я бы обошлась и тремя контактами в сутки. А ему надо было раз семь или восемь.
Нет, меня это не напрягало, потому что он был мастер постельных дел, с ним было в постели не скучно, да и ощущения были запредельные. Успокоив Сашкины гормоны, мы шли обедать в ресторан Центральный, днем там никого не было, или почти не было. Потом мы гуляли по торговому комплексу, то еще развлечение, когда в магазине почти ничего нет, далее шли на центральный рынок, покупали что нибудь вкусненькое, и потихоньку возвращались в гостиницу, потому что Сашкино либидо уже выпрыгивало из штанов.
В номере мы проводили часа три, до ужина, а потом шли гулять по улице Карла Маркса. Если где то из кинотеатров шел фильм, который мы не видели, мы шли на сеанс, и там Сашка прямо давал волю рукам. И после сеанса он был в таком состоянии, что идти и терпеть не мог, а искал такси и в гостиницу мы ехали. Если мы не шли в кино, то просто гуляли по улице Урицкого, у цирка, или любовались на старые дома нашего города.
Дня за два до Сашкиного отъезда, мы дежурно пообедали в Центральном, и пошли к рынку. И тут сердце мое бухнулось в живот, и забилось, как в клетке птица. Навстречу шел Витек. И спрятаться мне от него было некуда. Он тоже увидел меня и конечно узнал. Я сжала Сашкину руку, и мысленно приготовилась к унижению и избиению. Что подумал Сашка, когда почувствовал мой хват, я не знаю.
Витька остановился в шаге от нас, смотрел на меня и молчал. Потом он протянул ко мне руку, в порыве схватить меня за горло, но его порыв невозмутимо остановил Саня, просто перехватив его руку и вернув её на место. Я тряслась , Витька стоял в шаговой доступности, и неизвестно что думал в данный момент. Ведь мать его дочери, брякая беременным от него животом, шла за руку с посторонним мужиком.
Он сделал шаг мне навстречу и сказал:"Мразь бесстыжая, я все равно тебя зарублю, топор уже наточен!!!". Мое сердце от страха металось по всем закоулкам моего тела, я просто умерла в ожидании боли, я забыла о том, что рядом стоит Саша. Но тут Витька покачнулся и упал мне под ноги. Он был просто пьян. И тут силы меня покинули, и я просто собралась упасть рядом с Витьком.
До гостиницы я шла, оперевшись на Сашкину руку и повиснув на его плече. До гостиницы он не сказал не слова. А в гостинице он просто раздел меня , уложил в кровать, принес чаю. Очень хорошо помню, что чай был с мятой, очень вкусный, я его выпила просто залпом. После этого он, как мама в детстве, укрыл меня одеяльцем, подоткнул со всех сторон и сказал:"Спи, я тебя покараулю, никто тебя не обидит.". Ласковее этих слов я ничего в жизни не слышала. Жалко, что слышала их единственный раз в жизни.