В мире есть столько всего, о чем не написано в книгах – с этой мыслью входишь в текст Патриции Локвуд. Ощущаешь себя первооткрывательницей, которая сейчас прочитает что-то такое, о чем никто прежде еще не читал. Обещание, заштопанное в заголовок, заставляет тебя буквально дрожать от предвкушения. Заманчиво?
Именно первобытная сила этого импульса зарядит читателя энергией, которой хватит, чтобы продраться через первую часть книги, написанную в форме постов из социальных сетей, твитов, клочковатых потоков сознания героини. Попробуйте пару недель вносить в заметки на телефоне наблюдения, мысли на тему полученной во время сеансов Интернет-серфинга информации, забавные фразы, расшифруйте парочку голосовух, а потом залейте заметки в один файл и подумайте, как сделать их афористичнее, заострить, расположить в порядке, что ритмизирует текстовое полотнище, и взгляните на полученный неовербатим.
Казалось бы, примерно это и делает Патриция Локвуд в первой части своей книги. Из рассыпающихся фрагментов вяло собирается героиня, ставшая знаменитой из-за твита-вопроса: бывают ли у собак близнецы. Большую часть жизни она проводит в Интернете, гастролирует по миру в качестве блогера, а, может, кого-то еще – сеттинг вроде как приглашает нас в параллельный мир, где Интернет называется «порталом».
Но потоки мыслей героини лишь претворяются рандомными, а на самом деле играют важную роль. Во-первых, они документируют положение дел в постинтеллектуальном мире, где мусорная и дельная информация становятся равноправными и неотличимыми друг от друга. Во-вторых, создают плацдарм для подготовки ко второй части, где героине, которая казалась предельно циничной и жестокосердной, приходится вынырнуть из смартфона и начать действовать в мире офлайн. У ее сестры рождается больная редким недугом дочь.
На запрос «Человек-слон» поисковик выдаст вам более убедительные иллюстрации, нежели на запрос «Синдром Протея». Необычная малышка научит героиню человечности, раскроет потенциал её милосердия, а нам покажет, как писательница делает на подобной непростой теме поэтичную, сложную и действительно трогательную литературу. Читатель, завлеченный в текст кликбейтным заголовком, выходит наружу, без шуток, исполненный светлой грусти!
Не скрою, что, несмотря на весь финальный гуманизм этого текста, мысль, о том, что чтобы вывести современного человека из сомнамбулического поглощения тонн пустопорожнего контента и затащить его в книжку, как и в прошлом веке, достаточно смутно пообещать ему кое-что из круглого зала Кунсткамеры, посетила меня после прочтения книги Патриции Локвуд.
Но доводилось ли вам испытать катарсис к круглом зале Кунсткамеры?