Долго ли коротко, добрались мы до лесного кордона. Кордон этот оказался избой посреди лесной поляны. Да не просто избой, а с постройками разными, и забором прочным обнесен. И огород рядом разбит.
Так себе огородишко. Ни бананов там, ни авокадо. Огурцы, да помидоры. Морковка, капуста да свекла. Да травки-зеленушки. Ну, кусты еще смородиновые и пара яблонь. А малина да земляника всякая у них в лесу растет. Грибы только белые собирают. Горькушки, как моя Лидуша, вообще не умеют солить. А та, бывало, как вынесет на кухню тарелки, так соседка одна все нюхала-нюхала! Потом призналась. Подарила ей тогда Лидия баночку с горькушками.
Картошка у них отдельно.
Дорога к кордону вела, чтобы можно было подъехать и на машине даже. Правда не дорога это, а просто две колеи, а посередине трава росла. Редко ездили, видать. В основном на велосипедах, да мотоциклах. Да на лошади еще.
Народу понаехало нас встречать! Вся родня, и еще леснические да с лесозавода. Как же: хозяйский сын женился, да жену из самого Ленинграда привез. Так и говорили все: «Из самого!» - и многозначительно палец вверх поднимали. Даже моя родня, что здесь нашлась, Банник, например, все спрашивал: «Неужто из самого Ленинграда прикатил?» «Из самого» — отвечаю. А самому смешно. Чего это они так все удивляются? Ну, любовь у моей с ихним случилась. Так ведь не с Марса же прилетели!
Вот, решили вроде свадьбы деревенской, что ли сделать?
Родни там! Одних детей у лесника, не считая нашего, три дочери и два сына. Да девки все старше, все с мужьями и с детишками. Только мальчишки еще школьники. Ну и у хозяев старших тоже сестры с семьями. Все приехали на мою подопечную посмотреть. А как узнавали, что она институт заканчивает, то зауважали.
А одна сестра лесникова, вообще позавидовала. Ох, и злыдня! Я про нее потом расскажу.
Но моя-то в грязь лицом не ударила. Сразу помогать стала к столу, да с песнями с сестрами мужа своего потом за столом не оробела. Своя, говорят, баская такая. А баская - значит хорошая, справная. Как про лошадь, прямо, говорят:)))
Ну, и я со своими познакомился. Не только с ихним Домовым, но и с Банником, что в баньке живет, и с Овинником, что на сене валяется, да от молнии бережет. Дворовым, что во дворе обитает, и с Курником, что в курятнике, Еще и с Хлевником, что возле коровы и поросятами и овечками греется. Много там народу проживает.
А еще соседи приходили. Русалка с реки, Полевик с поля, разные древесные мелкие духи.
Болотник важный такой, раздутый. Фу-ты, ну-ты! Прямо гордится, что не каждый может к нему в гости на болото прийти отважится: "А и ты придешь, тоже не пройдешь!" - говорит мне.
Кикимора вступилась: "Что ты, говорит, пузырь болотный, здесь распоряжаешься? Не даешь нам отдохнуть по-человечески!"
Ха-ха! "По-человечески" — это она сильно завернула!
Баба страшная, но справедливая! Все отметили.
Леший у них за главного. Хороший мужик. Он с хозяином – лесником на ты.
Народу много в избе набралось, так кого куда спать положили. И на сеновал, и на чердак над курятником. Там тоже сено лежало. Один гость не заметил, что на том чердаке курица яиц нанесла. Улегся, а яйца под него и покатились. Он лежит, шелохнуться боится, что яйца подавит. А курица прыгает на него, дескать что ты на мое место метишь? Отдай яйца! Умора!
Хозяйка залезла, да спасла гостя. Забрала и курицу, и яйца, да и в курнике наседку устроила.
Я лично к новому другу Баннику на чердак пошел.
Ох и надрались мы с ним бражки из большого бидона! Да давай песни петь. А собака ихняя – Дунай – давай нам подвывать! Хозяин вышел и спустил его с цепи. Дескать иди, побегай по лесу в честь праздника. Только подальше отсюда. Гостей не распугай.
Наутро нам с Банником головы не поднять было. Я-то к этому непривычный, а он ничего.
Как вспомню, так и посейчас голова кружится.
Завтра еще напишу.