Клеткой грудной моей поймана пустота:
мерно пульсирует, тёплая и живая.
Крепок огонь мой, но светит не обжигая.
Искоркой в центре заноза начнёт мерцать.
Чтобы вовнутрь самой себя заглянуть,
важно быть гибкой, поэтому я сгибаюсь,
скручиваюсь в спираль и глаза сжимаю,
всматриваясь в гудящую темноту.
Кто-то внутри меня связана и распята
липким и тянущим страха параличом.
Кто-то бессонно оплакивает утрату,
не находя утешающее плечо:
слезы стекают в подставленные ладони,
льются, всё льются с каменного лица...
То же, что держит, однажды меня уронит.
Выбора не было, нечего отрицать.
Связана
каждым сказанным мною словом,
Связана каждой встреченной на пути.
Я не трусливая в самой своей основе:
все мои цепи из собственной совести.
Снова и снова металл с заострённой кромкой
меж рёбер ныряет, запутывается во мгле.
Перебинтована тонкой прозрачной плёнкой —
двадцать три слоя, прижавших меня к земле.
