Вернувшись в круг, где у костра сидела девушка, он отнял её руки от ушей, и шёпотом сказал: -Ни звука, ни слова, ни шороха. Затем снова приложил её ладони к ушам, снял с треноги котелок и аккуратно залил костёр. Стало темно. Встав во весь рост, он повернулся к козлёнку и произнёс громко: Райтау!
Спустя минуту тишины Мари услышала нарастающий жалостливый детский плач: МаааааАаааааЯааааааМаааааа!. Он слышался от самого центра площади, от фонтана и становился всё громче. Мари невольно отняла руки от ушей, порываясь встать, но Тим снова их прижал и приложил свой палец к её губам. Снова отняв одну её руку от уха, настойчиво прошипел: Ни звука!
Менялся тон детских рыданий, но они не прекращались ни на секунду. Где-то вскрикнули и хлопнула ставня. «Ну что за придурки…» покачал головой.
Издалека снова послышался этот ужасный вопль. У Мари побежали по телу мурашки. Внезапно совсем близко за площадью отозвалось очень громко, словно в истерике кричала взрослая женщина. Душераздирающе. Затем раздался похожий вопль с противоположной стороны площади, потом ещё откуда-то поверх крыш. Мари едва не бросилась бежать, такая паника на неё накатила. Тим надавил ей на плечо и заставил сесть на место. Он ощущал, как девушка мелко дрожала. Часть её дрожи передавалась и Тиму. «И всё же присутствие объекта защиты добавляет отваги»
Мари всматривалась в темноту, силясь что-нибудь разглядеть. Через пролом в парапете фонтана, в темноте она видела вместо козлёнка колышащееся белое пятно. Тим медленно повернулся лицом к девушке. Ей показалось, что его глаза немного светятся тусклым красно-оранжевым светом. Затем он так же плавно отвернулся. На крыше одного из домов медленно набухла и застыла большая тёмная кочка. Руки Мари сами собой сползли с ушей. Детский плач был теперь не таким громким. Плач ребёнка, уставшего плакать. Девушке казалось, что громче всего сейчас бьётся её сердце. Одну руку она медленно положила на ладонь парня, лежавшую на её плече, а другой обхватила его запястье. Рука парня сжала её плечо чуть сильнее. Показалось что он слегка покачал головой. Послышался звук, словно большая собака понюхала воздух и фыркнула. Затем этот сгусток темноты с крыши стал спускаться прямо по стене. На фоне светлой стены стало видно нечто вроде четырехлапого растопыренного паука. На уровне земли существо снова застыло. Ещё несколько тёмных, бесформенных в темноте, пятен появились на площади и заскользили к центру. Большая тень издала гортанный рык, и все монстры стремительно бросились к фонтану. Там началась возня. Главная тень тоже двинулась к фонтану, но не так быстро. Мари видела, как белое пятно разделилось на несколько. Она всхлипнула. Тим тут же закрыл ей рот рукой. Вурда мгновенно развернулась и смотрела прямо на них. Глаза её были белыми, как две маленькие мёртвые луны. Мари увидела, как, на запястье парня, прямо на коже, проступили и слегка засветились какие-то буквы, символы и закорючки. Она перевела взгляд на монстра. Вурда вытянула вверх голову, шумно втянула и выдохнула воздух. Затем отвернулась и присоединилась к общей свалке. Тим расслабился и опустился на землю. Он дважды коснулся пальцем губ Мари, давая понять, что следует по прежнему соблюдать тишину. Никаких символов на руках уже не было видно. Так они сидели, под звуки омерзительного чавканья, хруста и рычания. Неизвестно, сколько прошло времени, но наконец всё стихло. И снова от фонтана послышался плач. Нормальный женский плач и невнятные причитания. К нему примешивался мужской и детские голоса. Ничего не было видно. Зубы Мари норовили начать отбивать дробь. Из глаз текли слёзы. В непроглядной темноте они просидели ещё какое-то время. Наступила тишина. Откуда-то с окраины донёсся голос первого петуха, предвещающий наступление утра.
-Хорошо,- шёпотом произнёс Тим. Продолжение...