Прочитала у великого писателя, что нужно быть внимательным к близким, интересоваться их жизнью и ничего про себя не скрывать, всё-всё рассказывать.
Родные поймут тебя и помогут. Только прятаться не надо.
Действительно, например, сестра. Не звонила ей три недели. Разве это порядок? Получается, что она тебе неинтересна. Надо дать понять и ей, и всей родне, что вы одно целое. Прав великий писатель, прав. И почему такая простая мысль раньше в голову не приходила?
Позвонила сестре в десять утра и поинтересовалась, как у нее дела? По голосу поняла, что очень приятно, даже поблагодарила за звонок.
Через три часа снова за телефон, рассказала, как вчера поссорилась с мамой, как переживала, а затем все-таки прощения попросила: «Не надо родителей обижать, не надо».
Сестра терпеливо слушала, но почему-то молчала – в ответ. Может, у нее неприятности?
Подождала для приличия какое-то время, набрала любимую сестру и сообщила, что ходила на рынок:
- Там торгует добрая женщина. Подхожу, спрашиваю про огурцы, а она тут же разрезала один, чтобы показать, что внутри семечек нет. Но этого мало: помыла симпатичный огурчик, отрезала красивым ножом кусочек, попробовать дала. Представляешь, он почти сладкий на вкус. Вот – купила полтора килограмма.
Сестра недовольно хмыкнула и неожиданно спросила: «Ты там не выпила случайно? Как с цепи сорвалась. Какие огурцы? Я на работе, соображаешь? Это ты в отпуске. Слушай, не мешай мне больше».
Вот так: не нуждается она во внимании, все наврал великий писатель.
Для верности позвонила матери: нужно узнать, не сердится ли? Мама долго не подходила к телефону, наконец, трубку взяла. Послушала немного про огурцы, прервала монолог, недовольно сказала, что легла отдохнуть, задремала даже, а тут ты со своим рынком: «Забыла, что я в это время отдыхаю? И в шесть не тревожь, у меня любимый сериал. В половине восьмого пью чай, затем надо помолиться и спать ложиться».
Не нужно родным наше участие, ошибся писатель. Не буду ни к кому звонить, пусть погрустят – без меня.
Походила по комнате. Вспомнила, что с братом давно не разговаривала. Но почему-то передумала: вдруг и ему участие не требуется? Накричит еще.
Верь после этого писателям.
Вам кто-нибудь звонит назойливо? Бывает?