Привет! С вами Шут и еженедельный онлайн-выпуск «Кабы я была царица». В этом году нам предстоят очередные президентские выборы. По традиции раз в неделю я выхожу на улицу, чтобы задать прохожим дурацкий вопрос, и на этот раз он звучит так: «Что бы вы сделали, если бы вас избрали президентом?». Послушаем наших сограждан!
«Я бы... эээ... ну, цены понизил там...»
«Ой, не снимайте, мне муж не разрешает!»
«К ногтю бы всех прижал! Сталина на вас нет!»
«А что, меня по телеку покажут? А какой канал?»
– Если меня изберут президентом, мой народ будет жить лучше.
– Можно подробнее?
– Конечно. Я построю идеальное государство, уберу бюрократический аппарат и обеспечу каждому его права и свободы.
– Как-то размыто вы говорите...
– Это всего лишь уличный опрос, – улыбнулся высокий молодой мужчина. – Пригласите меня в студию, и я с удовольствием расскажу больше.
Трансляция подходит к концу, и как вы понимаете, в следующем выпуске нас ждёт интервью с загадочным кандидатом. Подписывайтесь на мой канал! Кто знает, может быть, следующий дурацкий вопрос я задам именно вам. До встречи через неделю, и помните: Шут с вами. Пока-пока!
*******
Макс выключил ноут и зажмурился, чтобы глаза немного отдохнули. С момента первого интервью прошло уже два месяца, и он до сих пор не мог понять, что происходит. Как, чёрт возьми, блогер Шут, в обычной жизни студент журфака Максим Шутов, успел оказаться помощником кандидата в президенты? Этот человек напоминал паука. Пришёл в студию, говорил пылко и гладко, охмурил его подписчиков... Как?!
Когда трансляция закончилась, Паук повернулся к нему и сказал: «Я доволен, вы получаете эксклюзивное право освещать мою предвыборную кампанию. Тысяча долларов за эфир вас устроит?». Бешеные деньги. У Макса возникло неприятное чувство, что не только предложение «работы» и этот эфир, но и первая встреча во время спонтанного опроса прохожих – всё было распланировано Пауком. Может, даже идея сделать передачу о грядущих выборах не сама пришла в голову... Бррр!
Максим стряхнул наваждение, засмеялся принуждённо и ответил:
– Не могу, мне сейчас важнее закрыть сессию.
– Ну что же, – Паук улыбнулся, и Макса почему-то передёрнуло, – если передумаете, вот визитка.
Сессию он не сдал. Преподы, у которых ходил в любимчиках, валили по всем предметам. Потерял стипендию и подработку в «Мухасранской правде», больше никуда по специальности не брали. Зато число подписчиков канала «Кабы я была царица» перевалило за полмиллиона и всё росло. Максим промаялся ещё неделю и позвонил Пауку, тот ответил: «Я в вас не сомневался. Начнём завтра». После разговора Макса вырвало.
А потом ничего, привык. Уличные опросы: «За кого будете голосовать?» – «Конечно, за Арахнова!» (да-да, его кандидат). Прямые трансляции, гипнотизирующие речи, эксклюзивные интервью...
– Семья?
– Моя семья – мой народ, зачем отвлекаться от главного.
– Друзья?
– Единомышленники.
– Планы?
– Для начала уменьшить число людей, живущих за чертой бедности, дальше – повышать уровень жизни.
Странный, странный кандидат... Но его слушают, ему верят и даже, кажется, любят. Аминь.
«...с большим отрывом победил Василий Петрович Арахнов. Инаугурация состоится...»
Максим чувствовал себя значимым. Четвёртая власть! С его помощью победил народный кандидат, который изменит всё к лучшему.
– Василий Петрович, многие подписчики говорят, что Вы похожи на доброго царя.
– У нас демократия.
– Предлагаю онлайн-голосование: кто за смену демократического строя на монархический?
«...коронация состоится...»
– Василий Петрович, подписчики спрашивают: когда Вы начнёте выполнять предвыборную программу?
– Уже начал.
– Почему тогда растут налоги, цены, отменены детские пособия и льготы, а пенсионный возраст повысился аж до 100 лет?
– Как и обещал, я сокращаю число людей, живущих за чертой бедности. Они просто вымрут в таких условиях. Зато оставшиеся будут жить лучше. Надо потерпеть. Я забочусь о своём народе.
– Василий Петрович, я не могу понять... Мы объявили войну всему миру, зачем?
– Границы не нужны, моим подданным будет лучше без визового режима.
– Мы сейчас не в эфире. Скажите честно, что происходит?
– Я всегда говорю честно.
Максим перестал понимать, кто сходит с ума: он сам, люди вокруг, или Арахнов – безумец, чья болезнь прогрессирует даже не по часам? Чувствовал себя персонажем компьютерной игры из серии «уничтожь планету». Надо нажать Escape или проснуться.
«...ядерная угроза для всего мира...»
«...полностью прекратило работу телевидение и радиовещание...»
«...мы не знаем, выжил ли кто-нибудь ещё...»
Привет! С вами Шут и еженедельная рубрика «Кабы я была царица» в газете «Новая мухасранская правда». Сенсационное событие! Большой пустырь на западной окраине стал местом посадки большого космического корабля. Из него выползают гигантские паукообразные и разбегаются по округе. Есть первые жертвы среди людей. Если у вас есть достоверная информация о жертвах насекомых-переростков, заходите ко мне домой, я всё опубликую. И помните: даже в тяжёлые времена Шут с вами. Пока-пока!
*******
Максим дописал заметку и бросил карандаш. Посмотрел на дело рук своих. Нет, не клочок бумаги, исписанный мелкими буквами, он смотрел на посёлок, оторванный от всего мира – если от остального мира что-нибудь сохранилось. Четвёртая власть... Что он натворил?
Жажда действия подтолкнула к выходу. Нож легко поместился во внутренний карман куртки. Арахнов сейчас у себя дома, плетёт опять какую-то гадостную паутину. Макса передёрнуло, как тогда, после первого интервью. Почему-то Пауку всё ещё верят. Почему-то? Это он постарался, четвёртая власть!
Соседний дом, дверь всегда открыта – кого опасаться народному любимцу?
– Василий Петрович, зачем это всё? – не удержался, спросил, хотя был единственным, кто больше не верит.
– Я забочусь о моём народе, – ответ не удивил, но взбесил.
С криком «врёо-о-ошь!» Максим бросился к Арахнову, на ходу доставая нож, и полоснул его по горлу. Фонтан крови, тёплой и соленой на вкус, появился в воображении Шутова.
На самом деле из пореза вырвался только воздух. Кожа Арахнова опала складками, под ней выпирали и шевелились неестественные бугры. Потом наружу вылезла конечность... ещё одна... Разорвав то, что казалось Василием Петровичем Арахновым, перед потрясённым Максом очутился огромный волосатый паук. Конечности пытались найти опору, на мохнатом теле шевелились жвала и издавали звуки, всё ещё похожие на человеческий голос:
– Я всегда говорил правду. Я забочусь о моём народе. Не о людях. Я почти очистил эту планету от вас, здесь много ископаемых и есть атмосфера. Мой народ будет жить лучше.
«Проскрежетал» –не такое уж вульгарное словечко для романа. Оно иногда самое точное.
С этой мыслью Максим отключился.