В самом начале девяностых годов, когда компьютерные игры были довольно простыми и непритязательными, Виктор Пелевин написал сатирико-фантастическую повесть "Принц Госплана". В ней сотрудник производственной организации играет на рабочем месте в популярную тогда игру "Принц Персии", и постепенно его реальная жизнь как бы сливается с виртуальной. Что ж, Виктор Олегович как в воду глядел.
Современные компьютерные игры стали гораздо более реалистичными, да и это ещё не предел: с набирающими обороты технологиями дополненной реальности скоро вообще без бутылки нельзя будет разобраться, где физический мир, а где компьютерный, - всё смешается в единое целое.
Впрочем, иногда создаётся впечатление, что это уже когда-то произошло. Избитая "квазинаучная" гипотеза настаивает на том, что окружающий мир - всего лишь матрица. Но если изучать историю, то открывается ещё одна "тайна бытия": гипотетическая вселенская компьютерная игра ещё и развивается. В точности так, как развивалась индустрия компьютерных игр на протяжении нескольких последних десятилетий.
От "платформеров" к "открытому миру"
Возьмём, например, средневековье. Человеческое общество в ту эпоху напоминало примитивную восьмибитную игру, наподобие "Марио". Игра эта была чудовищно простой и линейной: жизненный путь каждого человека был прописан от начала до конца. Множество королевских указов, церковных канонов, традиций, мифов и легенд не позволяли участникам "игры" сбиться с установленного сценария.
Люди тогда особо не задумывались о такой ерунде, как смысл жизни, не расставляли какие-то личные приоритеты; смысл жизни чётко и однозначно определяли "высшие силы" - точнее, вещающие от их имени силы земные. Жёсткие рамки ощущались физически: за попытку отхода от "правил" персонаж уничтожался - его сжигали на костре, вешали или отрубали ему голову. Варианты жизненных сценариев определялись также сословной принадлежностью: рыцарю положено воевать, богатому графу - владеть обширными земельными участками, священнику - молиться, а крестьянину - работать на барина.
Существовали, конечно, и успешные попытки пойти обходным путём. Мартин Лютер вот, к примеру, собственное религиозное учение изобрёл. Но и в "Марио" полно было таких возможностей: в потайных комнатах на некоторых раундах скрывались переходы на другие этапы, они позволяли миновать несколько следующих раундов. Общая цель существования персонажа всё равно оставалась прежней, как и конечная цель "Марио".
Со временем вселенская игра становилась всё более сложной. Число обходных путей увеличивалось, они становились более доступны участникам. Окружающий мир стал напоминать стратегию - перед каждым участником открывалось большое количество возможностей, каждая из которых имела свою концовку игры.
А в наше время незримый программист и вовсе прокачал железо, поставил сверхмощный процессор и переписал код игры. Теперь мы живём в этакой GTA, в которой любой поступок любого человека - это всего лишь его личный выбор. Заведение семьи и детей, устройство на работу, вера в бога, гражданство какой-либо страны - теперь это не вынужденная необходимость, без всего этого в принципе можно и обойтись.
Как и во многих современных играх с открытым миром, в нынешней жизни существует некое подобие полноценной миссии, даже нескольких миссий. Но они не являются обязательными - можно выбрать какой-нибудь "альтернативный" способ существования или даже придумать свой. Смысл жизни каждый определяет для себя, и за нежелание исполнять полноценную миссию никто тебя не сожжёт на костре.
Вообще гипотеза матрицы в различных её вариантах, как и некоторые другие подобные гипотезы, притягивает своей неопределённостью: пока что её невозможно ни подтвердить, ни окончательно опровергнуть. И даже у полного материалиста и научного специалиста хоть иногда да и промелькнёт мысль: а почему бы и нет?
Заинтересовались материалом? Подписывайтесь на канал! 😉
Ещё статьи этого автора:
- Колбаса или свобода. О бедности и демократии