Душно. За окном колышется марево из полуденного зноя, смога, пыли и звуков большого города.
За стеной орёт на мужа Галка, моя подруга детства. Вместе учились и дружили ещё наши родители. Так что, через стену мы живём, сколько себя помним. Выросли, выучились, вышли замуж. У Галки муж, Пётр, и двое пацанов. У меня детей не случилось. А теперь, наверное, и не случится.
У меня тоже был когда-то муж, Сергей. Прощелыга, я вам скажу! Но я его любила. Он был музыкантом, детей никогда не хотел. Они ему, видишь ли, будут мешать в карьере. Но карьера не сложилась. Сергей потихоньку работал в своём оркестре. Потом стал выпивать. Но почему-то окончательно не спился, а стал погуливать, потом гулять, и, в конце концов, собрал чемодан и ушёл к какой-то молодой скрипачке. Одно время ездил с ней по заграницам.
Вернулся в Россию один. Стал снова приходить и заговаривать мне зубы по поводу совместного проживания. Но, к тому времени я уже прочно и навсегда выдворила его из своего сердца. После этого несколько лет о нём ничего не слышу.
А у Галки муж классный! И чего она всё на него кричит! Работа у Петра хорошая, зарплата – тоже. Утром выходит из дома – одного ведёт в школу, другого – в детский сад. Идёт с работы – в руках сумки с овощами-фруктами для детей, которых он обожает. Вечерами – дома, всё что-то мастерит. А Галка всё его пилит и пилит, только пилит громко - во всю свою дурью глотку. Он всё терпит, всё – молчком. Любит, наверное. Я вот думаю, если бы он ушёл от Галки, я бы, ей богу, к себе его позвала. Просто в открытую сказала бы ему, что хочу с ним семью завести.
Но он живёт с Галкой, и, похоже, вполне доволен своей семьёй. Мы дружим, у нас с Галкой нет секретов друг от друга, а потому я веду себя соответственно статусу друга семьи.
За стеной, наконец, стало тихо. Наверное, младший, Мишка, уснул. Или Галка надорвала горло, и, покормив мужа обедом, присела с ним рядом на диван, прижалась к своему Петюне, как она его называет, и притихла.
Как же душно! И когда закончится эта жара!