"Отрывок трактата "О взаимосвязи человека и сущего" (перевод с латыни)"

"Рассматривая жизненный путь человека, можно заметить, как в этом понятном, логичном, что называется, бесхитростном отрезке, существуют трудно-отслеживаемые промежутки, астральные интервалы наполненные антиквариатом души исследуемого объекта, позволяющие в дальнейшем не только превратить незаметную черту на координатной плоскости в луч, но и непосредственно повлиять на тот или иной квадрант.

Я бы назвал эти незримые жизненные этапы светом. Нет, здесь не существует прямой связи с исторгаемыми раскалённой беснующейся глыбой ультрафиолетовыми волнами. Такой мир мы видим всегда, однако не переходит ли этот привычный процесс грань обыденности, фокусируясь на весенней листве или траве, низводя те качества, которые же само солнце и подарило? Не уничтожает ли их пёстрый зелёный цвет и видимые, материальные очертания? А в попытках рассеять тьму попадая в сетчатку глаза, полностью отбирая всякую способность видеть давно осевшие в памяти образы, взамен предлагая отторгаемые сознанием узоры?

Описать человека, что озаряет всё вокруг себя невидимыми слепящими прутьями, или жадно их поглощающего, практически невозможно. Необходимо сразу опустить его социальный статус, бытовые проблемы, финансовое положение, манеру держать себя в обществе, желудочные расстройства и нервные раздражения. Нам не нужно оценивать его точку в пирамиде потребностей для выяснения его мотивации поступков и прочего. Неважно о чём он говорит, как убивает время, о чём думает также не имеет значение.

В рассматриваемом случае важнейшая роль отводится тому особенному состоянию отчуждения от чёрной, рыхлой земли и шквального ветра. От гниющей плоти на отсечённой из-за гангрены ноги, от горестных слёз, от мелодраматичных радостей, от карьерного роста, родственных связей, терактов и войн. От плоти логики устройства всего сущего в совокупности, от всех наполняющих систему точек.

Растворяя свою кожу и кости в трансцендентном потоке, важнее всего становится полное отторжение замены «мерзостей» на «мелочи», пусть и при полном совпадении первого слога и, возможно, тающего фонетического различия при невнятном произношении. Ощутимый вес приобретает чувство вечно натянутой струны ожидания. В толпе должно показаться придуманное лицо, в воздушных порывах вспыхнет благодатный огонь, чувство, словно кто-то незнакомый, воспроизведённый из сна обязательно ждёт, но не ждут и отсыревшие после дождя покосившиеся фасады домов. Они готовы укрыть от одних буранов, но не жаждут укрыть от других, и потеря не велика, сделочный формат меньше свойственен нашему герою, нежели неодушевлённым предметам, не ждёт (хотя, казалось бы, совершенно точно ждёт!) уютно умостившийся на почтовом ящике кот. Из спортивного азарта такой человек, до сумасшедшего давления в скулах готов ждать прорыва подземных, достающих до небес лоз, раздвигающих литосферы, напускным бездействием он требует появления чего-то невозможного просто так, без всяких условий. И ничего никогда не происходит.

Желоб, собирающий алые капли, бегущие из души такого человека от пореза бритвы всех описанных невозможностей, ведёт, совершенно точно, в клапаны механизма нашего мира, наполняя его топливом и даря бесконечность движения и вращения, выводя из своего привычного статичного состояния.

Листва жухнет на солнце, белок глаз неистово печёт от прямых попаданий лучей, однако, как любая истекающая росой травинка рада просушиться, так и каждый человек время от времени, на долю секунды, прежде чем отвести взгляд, наслаждается водящими хоровод потусторонними племенами."

Автор неизвестен.