— А можно ли веровать в беса, не веруя совсем в Бога? — засмеялся Ставрогин.
— О, очень можно, сплошь и рядом, — поднял глаза Тихон и тоже улыбнулся.
(«Бесы» Ф.Достоевский)
Виктор Аристов снял всего шесть фильмов. Умер слишком рано. Единственная большая награда - «Серебряный медведь» Берлинского фестиваля, за «Сатану» в 1991 году, картину, о которой пойдет речь.
В основе фильма изначально лежал сценарий одного из братьев Вайнеров, но позже на его основе было сделано два несколько разных фильма — «Сатана» Аристова и «Нелюдь, или в раю запрещена охота» Юрия Иванчука. Были суды, скандалы, разбирательства, но однозначно фильм Аристова стал явлением в перестроечном кино, а фильм Иванчука прошел совсем незамеченным.
Виктор Аристов прошёл практически сквозь все основные позиции в кинопроизводстве. Был и ассистентом по актерам, колесил по стране в поисках идеального Лапшина для Германа, писал сцены для Динары Асановой, снимался в эпизодах у Масленникова и Муратовой, был подмастерьем у Хэйфица, стал незаменимым для Арановича - впечатляющий путь к созданию собственных фильмов.
Аристов тяготел к демонстрации быта русской провинции, изобличению его убогости, как результата богооставленности своих героев. Этот интерес привёл режиссёра в Ростов-на-Дону - колоритную южную столицу криминальной России, где и будет протекать действие фильма «Сатана». Критики отмечали кровную связь героя «Сатаны» с героем новой России - балобановским «Братом».
Главный герой фильма молодой человек Виталик (Сергей Куприянов) бывший студент, курьер и фарцовщик при Горисполкоме, снимающий у парализованного деда комнату. Виталик совершает страшное преступление и, признаться честно, антигуманную, никак не умещающееся в голове. Не вызывает сомнений наличие в картине мотивов из «Бесов» Достоевского, в частности схожесть Виталика со Ставрогиным. В фильме даже есть эпизод, повторяющий сцену из «Бесов», когда Ставрогин схватил за нос и протянул по залу старика Петра Петровича Гаганова. Смотрящему сложно ухватиться за привычные схемы сопереживания, поскольку герой «Сатаны» негатив канонического литературного героя, естество противится привычному подсматриванию, поскольку возникают домыслы, а может ли нормальный человек позволить себе смотреть и переживать в моменте эту страшную историю, заболеваешь вместе с героем, слишком много печатей абсолютного зла. «Сатана» производит впечатления очень русского кино, если так можно выразиться, то, что принято именовать «чернухой». Как режиссёр может любить такого героя как Виталик? Аристов действительно очарован своим героем, как Достоевский любит самых падших своих ангелов, самых страшных грешников. Бердяев говорит о Достоевском: «Он романтически влюблён в своего героя, пленён и обольщен им. Никогда ни в кого он не был так влюблён, никого не рисовал так романтично. Ставрогин - слабость, прельщение, грех Достоевского.» Так и Аристов, точно так же.
«Сатана» - это смертный приговор обществу. Вереница страшных деяний Виталика, и везде его поступки остаются безнаказанными, будто сам дьявол потворствует герою.
В финале фильма Виталик уезжает в трамвае, разрушая четвёртую стену, улыбаясь зрителю, знаменуя тем самым тотальное превосходство жестокости в умах человеческих, способность карать без причины и следствия.
Убийство ребёнка, последующее за ним вымогательство денег. Разум человека так устроен, что пытается проанализировать, осмыслить, приручить ситуацию. Но, Аристов в пух и прах развеивает даже слабую тень мотивации. Мы понимаем, что дело вообще не в деньгах. И что самое, на мой взгляд, трагическое в этой истории - Виталик явно скучает, он не от протеста или идеологического экстаза совершает страшное преступление, а как бы фоном, между прочим, мол, что из этого выйдет.
#нашекино #аристов #сатана
